< Непостижимый Кадатат
Добро пожаловать на Непостижимый Кадатат
Переход на главную Просмотреть новые сообщения форума Руководство по игре Переход на мир Санктарамос Переход в мир Авалар
>
Даттерос - Страница 3 - Форум
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 3 из 4
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Модератор форума: Анкалагон, 10Z-y  
Форум » Игровой раздел литературной форумной ролевой » Мир Санкторамас (NC +21). » Даттерос (Промышленный город на юго-востоке Империи)
Даттерос
АнкалагонДата: Пятница, 06 Декабря 13, 20.42 | Сообщение # 1
Услышь мой рёв!
Группа: Летописцы
Сообщений: 1608
Награды: 4
Репутация: 17
Статус: Offline
Описание:
Даттерос встречает путников толстой стеной, сложенной из кирпича – уступая в прочности, такая стена намного более экономична и легче ремонтируется. Высокие круглые башни венчают конусные шапки из железной черепицы, а стены окружает защитный ров. Но вода в этом рве – тёмно-серого цвета, с маслянистыми разводами, грязная и пахнущая резкими химическими жидкостями. Причиной этого феномена являются развёрнутая в недрах города промышленность – не самого чистого характера. Так уж вышло, что город появился на перекрёстке пути к морю и двух крупнейших мест добычи дерева и полезных ископаемых. Гильдия инженеров приложила свою руку к расширению города, снабдив его последними техническими новинками. И это видно уже на въезде – литой чугунный подъёмный пост поднимается при помощи скрытых внутри стен механизма, и точно так ж опускается защитная стальная решётка, запирающая короткий проход в воротах с двух сторон.

Даттерос – город, полный фабрик, заводов, мануфактур и промышленных центров. Здесь производятся почти все пушки, используемые в Империи; штампуются детали для летательных аппаратов, создаются станции и рабочие инструменты. Огромные литейные цехи дышат даром, который способен зимой растопить снег во всём квартале, а паровые молоты колотят с такой силой, что половина города содрогается, словно бы от землетрясения. Здесь были внедрены первые конвейеры, получившие широкое применение. Во всём городе используется газовое освещение, во всех домах по трубам проводится горячая вода, что так же отапливает здания, а рассекающая город река вращает несколько крупных промышленных колёс. Владельцы заводов не стесняются сбрасывать отходы в реку – из-за чего она стала ядовитой, и на выходе из города начинается целый ряд фильтров, длящийся более чем на километр – дабы очистить воду до её слияния с океаном.

Высокие трубы возвышаются выше городских стен, и становятся заметны ещё только при подъезде к городу. Их сухие пальцы, направленные в небо, пускают густые струи пара и дыма, из-за чего в городе почти всегда пасмурно, а иногда на его улицы и вовсе опадает смог. К концу зимы снег, лежащий на крышах и улицах, принимает чёрный цвет. Промышленные заведения вынесены как можно ближе к стенам, чтобы центр города был хоть как-то от них очищен – некоторые из фабрик занимают целые кварталы, и почти каждая формирует свой район города. За стенами производства начинаются дома рабочих или обычной бедноты, которая не смогла накопить на жильё получше. Здесь процветает как тяжёлая промышленность, которая обеспечивает Империю, так и лёгкая – обслуживая и город, и страну. И, конечно же, здесь хорошо развит пищевой сектор – орду рабочих попросту необходимо хорошо кормить, дабы те были способны к качественной работе. Однако, ни жизнь, ни работа в городе обычно не вызывает зависти – на предприятиях требуется тяжёлый, изнуряющий труд, длящийся от двенадцати до порой шестнадцати часов, а некоторые магнаты жестоко наказывают штрафами за любую провинность. А постоянный грохот, сотрясение земли, запахи химии и результатов сталелитейных цехов, дым из многочисленных труб не создают комфорта в Даттеросе.

Центр города выглядит чуть более привлекательно – здесь нет тяжёлой промышленности, и здесь расположены главные филиалы и конторы всех фабрик, а так же торговой и банковой гильдии. Рынки здесь так же процветают – и хотя здесь нельзя найти диковинные и экзотические товары, как и то, что нужно обычному обывателю, воину, чародею, купцу или дворянину, здесь работают специализированные рынки – торговые площади самих предприятий, заключающие дорогие контракты и проводя оптовую торговлю. Тем не менее, даже этот район производит безрадостное и унылое впечатление – серые стены, кирпичные строения, мрачные отделы стражи и сыщиков, угрожающие здания тайной полиции и тюрем. В городе есть живописные районы, которые оценят любители техники, быть может, Даттерос будет интересен для посещений, но жить в нём будет удобно явно не каждому. Особенно трудно придётся крупным магическим существам – узкие улочки так неудобны для прохода, и не во все им даже удастся попасть. А зданий, способных их вместить, довольно мало – если не считать складов, на которые так же пустят не всех.



Внимание! Локация имеет особые условия:
  • Над городом запрещены воздушные перелёты.
  • Магические заклинания от среднего (сильного для порта) уровня без маскировочных мер будут немедленно зафиксированы.
  • Локация имеет военный и магический гарнизон, способный совершить арест или убийство персонажа в случае нарушения закона и сопротивления.

    Переходы:
    Транспорт дирижаблем:
    Аверис.
    Башня Магов.
    Бреммер.
    Гофаннон.
    Рокгард.
    Спатулос.
    Хакалл.

    Воздушные:
    Баронские Холмы.
    Бреммер.
    Великий Лес.
    Главная военно-морская база Империи.
    Грибная Роща.
    Долина Гейзеров.
    Мёртвые Скалы.
    Рудники.

    Сухопутные:
    Великий Лес.
    Главная военно-морская база Империи.
    Долина Гейзеров.
    Рудники.

    Морские:
    Аверис.
    Заброшенный маяк.
    Зениар.
    Степи.
    Хакалл.

    Последовательность I:
    Ankalagon (Мелвилл) --> Злодеус Злей (Кассиора, Алистер) --> Мист (Сальвадор) --> CynderMan (NPC).

    Последовательность II:
    Manga Cafe (Трэвис) ---> Ankalagon (Винсент, Мелвилл, Аймина, НПС: Эддард, Этнео) ---> Мист (Сартория)


  • Нам не не доступна страсть молитвы.
    Нами забыта ярость битвы и отваги свет.
    Только осталось бремя надежды.
    или ее тоже нет?

     
    Manga_CafeДата: Суббота, 29 Апреля 17, 03.09 | Сообщение # 41
    Великая и Медленная
    Группа: Летописцы
    Сообщений: 744
    Награды: 6
    Репутация: 50
    Статус: Offline
    Последовательность II


    Трэвис уныло посмотрел на клубящуюся аномалию. Столь близкую, но столь неуловимую. Наступавшее утро никоим образом не играло на руку агентам. С каждым лучом восхода на и без того никогда не бывавшие пустыми, улочки Даттероса высыпалось всё больше и больше народа. И если до этого путникам могли мешать лишь любопытные зеваки, скитающиеся по торговым рядам, то теперь сквозь центр города шагали целые толпы рабочих. Они спешили на свою утреннюю смену, едва ли не обгоняя солнце. А навстречу ним, спеша поскорее выспаться и отмыться, шагали укутанные мазутными масками не смыкавшие глаза всю ночь работяги. Проснувшись в своей крохотной каморке на краю города, они смиренно тащились сквозь промышленную толщу, занимая своё место за станком одного из десятков заводов. Маленькие винтики системы, рано или поздно перемалываемые её шестернями. Кое-где на торговой площади можно было увидеть клумбы. Будто намеренно высаженные, чтобы идущие на предприятие, трудящиеся ступали среди зелени. Но одних лишь маленьких кустарничков не было достаточно. Цветы не могли пробиться сквозь угольную чернь, удушающую этот город. И адский труд в закрытых помещениях нельзя было превратить в букет наслаждения.

    "Я не знаю. Но Его здесь нет и близко."
    Ключник поднял брови в неподдельном удивлении. Хоть он и предпочитал проверять всё самостоятельно, у прогеноса не было серьёзных причин не доверять ментальной чародейке. Тем более, что Аймина ощутила отсутствие Йиб-Тстлла почти сразу же выйдя из портала. Подобное редко происходило случайно, а потому вероятность, что Мина ошибалась, была крайне мала. С одной стороны, подобные вести радовали посланника титанов. Сражаться с Всевидящим в этих тесных улочках на глазах у тысяч обывателей не предвещало ничего хорошего. С другой же стороны Алголь отменно понимал, что раз агентам не удалось застать Забытого в Даттеросе, значит прямо сейчас одна из групп сражалась с Забытым. Или же, что было бы куда хуже, попала под его контроль и стала частью культа безумного божества. Кроме того, аномалия, сперва ошибочно принятая путниками за Йиб-Тстлла, никуда не собиралась исчезать. Она по-прежнему витала в эфире. Дразнила своих охотников. А те бессильно тянулись к ней, не в силах что-либо сделать. Подобно котёнку, ловящему солнечный зайчик, агенты Талиона и Ключник могли провести целую вечность в погоне за энергетической конструкцией, но так и ничего не добиться.

    "Не могу сказать, что рад это слышать. Но и явно не огорчён. Кому-то из ваших соратников только что прибавилось работы. Что же до нас… с аномалией необходимо разобраться. И как можно скорее", - задумчиво пробасил Трэвис, слушая раздражённые изречения демона.
    "Оно не влияет на всё, что происходит вокруг, но любые сигналы, волны и энергетические импульсы просто разбивается о её поверхность"
    "Потому что это дело рук Забытых. Конструкции такого типа нельзя просто взять и разрушить. Ещё на рудниках стоило прекратить пытаться, сейчас было бы сэкономлено больше внутреннего эфира… - Трэвис слабо поморщился, осознавая, чем он занимался в последние несколько часов. Запечатать её было бы неплохо. Но тогда мы не успели, а теперь у нас помеха в виде гражданских. Обычные люди, обычная человеческая раса. Пугливы в силу своей хрупкости и недолговечности. Если сейчас начать плести пространственную темницу, то незаметно это сделать не выйдет!"
    Трэвис некоторое время помолчал, ожидая, пока остальные члены группы придут к единому заключению. Похоже, агенты настаивали на поимке и фиксации аномалии. В таком случае, Ключник был вынужден использовать исключительно невекторные чары. Впрочем, их у прогеноса было предостаточно. Вопрос был лишь в том, поможет ли одно из заклинаний такого типа против таинственного порождения Забытых божеств?

    "Не найдётся ли в вашем арсенале среди божественных ошейников такой, который поможет нам заарканить это пятнышко"
    "Я могу попробовать, но ничего не обещаю. До этого, на рудниках, ничего не выходило, энергетическая конструкция резистентна к классической пространственной школе. И я не знаю, поменяется ли ситуация, если использовать ээктальные чары… в любом случае, будьте начеку. Аномалия может переродиться в нестабильную или же активизироваться. И стоит волноваться не столько за самих себя, сколько за окружающих людей."

    Прогенос задрал левый рукав робы, демонстрируя руку от запястья до локтя. Его каменная, тускло светившаяся, кожа могла привлечь нежелательное внимание, а потому необходимо было действовать как можно быстрее. На запястье ключника обнаружились два толстых кожаных ремешка, надёжно прижимающие к руке тонкий сатотитовый диск. Титаны обожали этот металл и использовали его при любой удобной возможности. Всё зависело лишь от степени очистки сатотитовой руды. Боевые артефакты изготавливались из чистейшего сатотита, порой не без помощи Извергов. А вот на бытовые предметы спокойно шёл сатотит со всевозможными примесями. Это был удобный и податливый в сотворении металл, подаренный смертному измерению Абсолютным божеством Тавил ат-Умром.
    Крепившийся на руке прогеноса, диск был своего рода передатчиком между Атмой мироздания и эфирным телом Трэвиса. Вступая в должность Ключника, существо получало доступ к уникальным возможностям. Алгоритмы этих возможностей были вписаны в сам Небесный Механизм, беспрекословно действовали на уровне мироздания. Такие способности звались ээктальными, иначе говоря, уникальными для ограниченного круга существ. Артефакт прогеноса был призван активировать ээктальные чары по первому зову Ключника. И именно к этим заклинаниям и собирался обратиться Алголь.

    Диск слегка зажужжал. Его едва различимый, рельеф дрогнул, вращаясь по часовой стрелке. Внутренние механизмы артефакта приходили в действие. И вместе с этим эфирные частицы вокруг аномалии принимались трепетать. Облако попыталось дёрнуться, но что-то его удерживало. Доселе беспорядочно мельтешащие, энергетические частицы образовывали нити. Эти светящиеся лески извивались, напоминая беспрестанно колеблющуюся синусоиду. Встречая минимальное сопротивление, магические струны прошивали аномалию. И совсем скоро облако стало напоминать ощетинившегося ежа.
    "Неужели попалась?" - прогенос недоверчиво смерил взором парализованное бесчисленными беллонами творение Забытых, не решаясь приблизиться к нему. Случайному прохожему могло показаться, что с путниками явно было не всё в порядке. Агенты Талиона и Ключник смотрели вверх, в абстрактную точку в воздухе, наводя на мысли, что некоторым из жителей города стоит периодически выбираться на свежий воздух, а не круглогодично дышать токсичными испарениями.
    И хоть на первый взгляд аномалия и попалась в ловушку, в скором времени опасения Алголя подтвердились. Облако не пробыло зафиксированным достаточное количество времени. Недвижимое первые секунды, оно вырвалось из своих путов, набирая скорость. Трэвис раздосадовано провожал аномалию огоньками сапфировых глаз. Но мере отдаления аномалии, прогенос начал замечать, как следом за ней остаются крупные фрагменты всё той же облачной материи. Энергетическая конструкция явно была повреждена, и теперь теряла собственные составляющие. По всему пути облака тянулся шлейф матовых частиц.
    "Она повреждена! Нужно немедленно следовать за ней. В лучшем случае она не продержится долго и утратит свою мобильность. Или же вовсе распадётся. Но как верно отметил агент Эмплада, есть высокая вероятность плохого исхода. Создаваемые Забытыми, аномалии всегда являются чем-то большим, нежели простой уловкой. Там внутри что-то есть. И нам необходимо действовать быстрее, чем это что-то "…



    Последовательность I

    ГМ:
    Матовое облако мчалось в сторону окраин. Незримое простому глазу и даже не всякому чародейскому взору, оно мчалось всё дальше и дальше от центра. Но аномалия была серьёзно повреждена. Пускай Ключник и не успел закончить своё заклинание, урон от дисциплины белономантии был по истине чудовищным. Множественные оболочки аномалии были пробиты без исключения. Нити прогеноса серьёзно повредили главные энергетические потоки в конструкции, и теперь аномалия перерождалась, теряя свою стабильность. Достигнув четвёртого (если бы город можно было поделить на пять символических колец) округа Даттероса, облако принялось снижаться, в скором времени сокрывшись в улочках спального района.

    Послышался негромкий хлопок и чей-то приглушённый вопль. После всё вновь смолкло. Шумный индустриальный город редко обращал внимание на отдельные зовы о помощи. Хотя бы потому, что на окраинах Даттероса бессмысленно было всякий раз вмешиваться в стычки бедноты.
    Но на сей раз в закоулках Даттероса происходило нечто большее, чем ограбление или пьяная драка. Неизвестное, чуждое всему живому, зло пробудилось и стремилось служить породившей его Бездне. Массивная когтистая лапа с тонкими перепонками переступила через обугленное тело. По тем очертаниям, что были различимы в остатках запёкшейся на костях плоти, можно было предположить, что первой жертвой порождений Бездны стала жительница спального района. Чья-то невинная молодая душа прямо сейчас отторгалась за Барьер, а её убийцы ступали далее, как ни в чём не было.

    Едва стоило двум силуэтам показаться в начале улицы, как та в миг опустела. Лишь повисшие в воздухе крики могли свидетельствовать о том, что никто из здешних жителей не желал близкого знакомства с явившимися существами. Быть может, кто-то из убежавших сейчас направлялся в правоохранительные органы. Да только вот по предъявленным стражникам описаниям несчастный скорее рисковал оказаться осмеянным и посланным к Макараву, нежели получить настоящую помощь.

    И охранников тяжело было бы в этом обвинить. Ведь ни одному рядовому жителю Даттероса не могло и в голову прийти завидеть на улице ранним утром двух божественных Вестников. Первый из них походил на раздувшийся в воде труп утопленника. Мертвецки синюшная кожа покрывало деформированное тело этого существа. Оно имело длинные, опирающиеся на массивные стопы, лапы. Три пары рук, ладони которых оканчивались когтистыми узловатыми пальцами, были направлены в разные стороны, будто готовясь что-то ловить или хватать. Средняя пара рук крепко вцепилась в угольно-чёрное древко нестандартного вида алебарды. Оружие было неимоверно грязным, слегка обгоревшим, а его наконечник имел дополнительное закругляющееся книзу остриё, походящее на мясницкий крюк. Голова Вестника была непропорциональна: маленький, чуть меньше человеческого, лоб, крошечные налитые кровью белки глаз, лишённые зрачков, провалившийся нос, спутанные мокрые волосы, походящие на морские водоросли. Однако нижняя челюсть этого существа была поистине громадной и напоминала усеянный бесформенными осколками зубов ковш из плоти и кости. По очевидным причинам, пасть чудовища не могла закрыться, потому подбородок Вестника упирался ему в грудь. Дополнял весь этот образ длинный, роняющий комья густой слизи, напоминавший мясистый стебелёк тропического растения, язык.

    Компанию же сему монстру составляло не столь пугающее, но не менее необычное создание. Второй Вестник был невысок ростом, широкоплеч и коренаст. Он походил на металлического голема, если быть точнее - на золотого. Будто высеченный из единого колоссального золотого слитка, Вестник имел приблизительные гуманоидные черты. Он опирался на две массивные, короткие ноги, более походящие на колонны или слоновьи лапы. Тело его было лишено всяческого рельефа, похожее не то на бочку, не то на оплавленный золотой цилиндр. Правая рука Вестника была на удивление мала, на фоне крупных черт его тела. Она словно была здесь лишней, и принадлежала обычному человеческому юноше или иному антропоморфному созданию средних размеров. Начиная чуть выше запястья, конечность утопала в ржавой латной рукавице, что периодически лязгала, соприкасаясь с золотом тела Вестника. Левая же рука существа, напротив, была попросту циклопической. Кроме того, оканчивалась она не привычной для гуманоида пятернёй, а заострённым образованием, напоминающим ни то ледоруб, ни то двурогий якорь. Хоть какого-либо подобия головы у Вестника попросту не было.

    Божественная свита медленно ступала вдоль частокола кирпичных домов. Высвобожденные ранее времени, Вестники были ошеломлены и пребывали в крайне раздражённом состоянии. Но глас их создателя разгорался внутри с новой силой. И даже прибывшие в ложное место назначения, порождения Бездны искали способ исполнить своё назначение - посадить семена, что дали бы жизнь растениям столь опасным и смертоносным, что вторжение Забытых показалось бы ерундой на их фоне.

    Багряные бусинки глаз ртутного Вестника уставились в пустое пространство. Тварь ощущала присутствие существа, чья сила отличалась от серой массы жителей. Доселе Вестник уже пытался вступить в контакт со случайной девушкой, чьё парализованное от страха, тело в скором времени обратилось в груду угольков. Но малейшая искра магии привлекала порождений Бездны. Коралловые деревья Мландота росли гораздо эффективнее, используя изуродованные эфирное и астральное тела жертвы в качестве почвы. Вестники уверенно двигались по направлению к одному из многих кирпичных зданий. Но на первом этаже этого здания уютно разместилась кондитерская лавка. Взор Вестника уставился в алое пятно накидки драконида. И оставалось меньше минуты, прежде чем спускавшийся от входной двери, Эддард мог заметить неуютную компанию непрошеных гостей.



    Не мертво то,что в вечности живет. Со смертью времени и смерть умрет.
    Happy Valentine's Day.
    Violence Fetish
     
    zlobnii4elДата: Воскресенье, 30 Апреля 17, 21.05 | Сообщение # 42
    Колдун
    Группа: Следопыты
    Сообщений: 59
    Награды: 0
    Репутация: 0
    Статус: Offline
    Последовательность I


    Наконец, когда все опасения полностью сошли на нет, Кассиора нашла в себе силы выглянуть за угол, дабы посмотреть на нового знакомого. Его внешний вид ее немало удивил: нечасто встретишь на улицах города человекоподобного волка, и уж тем более нечасто она встречала их у себя на родине: те немногие лишь украшали собой старинные страницы бестиариев в библиотеках. Его внушительные размеры и острые клыки, выглядывающие из-под губ, бросались в глаза и вызывали опаску - несложно было догадаться, какой недюжинной силой он обладает и в какой степени остры его волчьи зубы. Не меньшее впечатление производили и его многочисленные шрамы, полученные, по всей видимости, в тяжелых боях. Его грозный вид внушал трепет и уважение, но полные доброты голубые глаза выдавали в нем отнюдь не тирана или завоевателя.

    – У тебя нет аллергии на псину? Весной у этих шкур начинается линька, и если эти вставшие на ноги зверушки не отбросили этой привычки, мы все будем в шерсти.
    Кассиора была явно не в духе для восприятия шуток, даже несмотря на то, что обычно всегда готова поребячиться или отшутиться, и всерьез ответила человеку коротким мотанием головы, проигнорировав толстый слой иронии в его вопросе - у нее действительно не было аллергии на собак или волков.

    – Странный помогай у нас нашёлся, наверняка хочет примазаться к моей славе и стрясти пару золотых кубков с твоего папочки. Предлагаю выражать ему наше недоверие, особенно после завтрака.
    Драконесса продолжала безмолвно и коротко кивать, не находя слов даже для самого банального ответа. Тревога, терзавшая ее, все-же оставила неприятный осадок в виде тягучей, серой, как здания этого города, апатии и смятения, которые скрасились тяжелым оттенком печали и сожаления из-за вновь промелькнувшего в голове образа отца.
    Так или иначе, у драконицы был повод доверять рыцарю, и она последовала его рекомендации сторониться только что прибывшего к их маленькому отряду подкрепления. По крайней мере до тех пор, пока новоприбывший себя не проявил.

    Спускаясь по лестнице на выход, Кассиора снова постепенно погружалась в свои мысли - уже не наполненные глубоким страданием, а вполне здоровые и обыденные.
    Поесть сейчас я бы не отказалась... не столкнуться бы только с хозяином этого дома. Неприятностей на сегодня мне уже хватило.
    Внимание темно-серой было практически полностью рассеяно, и она даже не заметила, как они всей группой уже вышли на улицу и шагали по скучной каменной брусчатке, расцарапывая ее уже в четыре пары когтистых лап. Но неведомым образом ее острый взгляд зацепился за нечто вдалеке, прямо по узкому темному переулку. Вглядевшись в непонятные силуэты, словно бы не поверив в их противоестественность, она застыла на месте, парализованная от внезапного ужаса. Глаза ее не обманули: это были существа настолько уродливые и устрашающие, что сам разум отказывался воспринимать их кошмарный лик, впадая в панический ступор. Их анатомия, походящая на результаты чудовищных экспериментов над живыми существами, казалось, не могла быть совместима с жизнью. Но сам факт их существования твердил обратное. То, что не мог представить ничей даже самый извращенный ум, предстало вживую, как вырванный из снов кошмар.
    Живой ужас в виде мертвенно-синего существа с тремя парами цепких рук, полными адской злобы кровавыми глазками и огромной, массивной челюстью, испещеренной острыми хребтами зубов, рядом с безголовым, низкорослым, золотистым человеком (или, быть может, даже дворфом) с раздутым, опухшим телом и одной иссушенной рукой в ржавой рукавице, казалось, смотрел прямо ей в душу. Тот страх, что она испытывала совсем недавно, не сравним с этой смертельной хваткой, титанической силой сжавшей в кулак всю ее хрупкую и нежную сущность. Не в силах пошевелиться или даже выдохнуть, она продолжила остолбенело смотреть на неизвестных чудовищ.




    Ей ничего не угрожает... - архангел облегченно вздохнул и прервал ментальную связь, собираясь продолжить тренировку новобранцев в небесной армии. Но не успел он выйти из оружейной, как оцепенел прямо посреди зала. Дикий, животный страх сковал его тело незримой петлей, не позволяющей двигаться дальше. На этот раз сомнениям было не место в мыслях архангела, потому как это уже не могло быть случайностью. Что-то определенно было не так. Наполнившись решимостью, Тассариэль усилием воли разорвал круг ужаса и снова спешно установил связь с Кассиорой. Он видел двух уродливых существ, источающих из себя зло сквозь толщь мироздания - без малейших сомнений - порождений бездны. Тех, с которыми сражались защитники задолго до него. Тех, кто своей слепой ненавистью готов был уничтожить все живое без малейшего сожаления. Это могло значить только одно - Кассиора в опасности, и нужно действовать немедленно.
    Тассариэль, не тратя ни секунды времени, телепортировал к себе военное обмундирование и совершил пространственный скачок к маяку-печати Кассиоры в мир смертных - в Санкторамос.


    Сообщение отредактировал zlobnii4el - Воскресенье, 30 Апреля 17, 22.35
     
    АнкалагонДата: Понедельник, 01 Мая 17, 00.06 | Сообщение # 43
    Услышь мой рёв!
    Группа: Летописцы
    Сообщений: 1608
    Награды: 4
    Репутация: 17
    Статус: Offline
    Последовательность II-I


    Ну кто бы, Мамон сожри его, сомневался! – бурно отреагировал Винсент на побег аномалии, гневно сжав кулаки и оглядев свою группу: – Вы слышали прогеноса, господа – ноги в руки и марш за этим мусором!
    Нет, Винсент, постой! Пешком мы её не догоним, а телепортироваться по всему городу, собирая зевак, нельзя. Но Я могу сесть ей на хвост, а вы подготовитесь к быстрому перемещению, – чётким движением Мелвилл выдернул боковой клинок, делая шаг вперёд. – Мы должны как можно быстрее изолировать это, увести подальше от зевак, и только потом заняться ей как следует. А до этого мы связаны по рукам и ногам. Распустись, Симисона!
    Меч сверкнул изумрудной вспышкой – из причудливой конструкции, заменяющей гарду, поползли тонкие и нежные побеги молодой лианы, причудливым узором покрывая стороны клинка и рукоять, обвиваясь даже вокруг ладонь владельца, словно боясь, что тот уронит оружие. Меченосец выжидающе смотрел на демона – недовольно кривящего гримасу, всем своим видом говоря, где видел все меры скрытности:
    Будь проклят ваш статус секретности. Валяй. Но больше никаких осторожных прощупываний, я просто вышибу из этой гниды всё дерьмо! – Азалориэль осмотрел свою свиту: его пальцы дёргались, явно желая вцепиться в рукоять меча и извлечь его на волю, но скованные тем, что нельзя было мчаться через толпу горожан с оружием наголо: – Всем ясен план? А пока бегом за гнилью – и помните о чёртовой секретности! Высвобождение сил только в крайней необходимости. Мина, ты с нами – мне понадобится массовый морок: я хочу, чтобы посторонние даже под носом ничего не замечали! Давайте, охотники, время удивить Забытую шваль!
    Меченосец отвернулся, касаясь рунира на поясе [Руна Неосяземости]: полыхнув тухлым огоньком под пальцами Эмплады, она исчезла – и следом вся фигура хранителя стала таять и выцветать, исчезая на глазах. Оказавшись полностью невидимым, он побежал – клинок делился своей силой, наполняя энергией его ноги и позволяя совершать ему прыжки намного более высокие, чем самый способный из прыгунов рода людского. Оттолкнувшись от брусчатки, он взлетел на стоявший крытый фургон, с него – к парапету балкона, уцепившись за грубый кирпичный парапет. Очень скоро он выбрался на крышу первого здания – отсюда аномалия была видна как на ладони, и видя траекторию её движения, он помчался ей наперерез, перепрыгивая улицы. С каждым толчком его словно бы подхватывал воздушный поток, сильно ускоряя рывки – ему удавалось мчаться напрямую со скоростью хорошей лошади, быстро минуя улицы и кварталы.
    И всё же он отставал. Зыбкое и дрожащее облако, словно подбитый дирижабль, снижалось и в итоге исчезло за очередным строением, не сумев пересечь какой-то тракт. И уже через мгновение он озарился криками, один из которых вырвался из общего панического хора, ибо крик этот принадлежал человеку, расстающемуся с жизнью. Проклиная свою медлительность, Эмплада рванулся изо всех сил, вскоре приземлившись на крышу строения, выходящего на эту улицу.

    Совершенно опустевшая улица открылась ему взору. Аномалия лопнула окончательно, вывалив на волю двух скрывающихся в ней неестественных уродов – по-иному и не сказать, как бы не пыталось возразить в нём благородство серебряных драконов. И – человеческое тело, обгорелое и изломанное, ставшее первой жертвой на пути чудовищ. Что ж, гильдия магов, стража – очень скоро все прознают о случившемся и явятся поучаствовать в операцию лично, и даже Мине уже не исправить ситуацию. – Хуже не придумаешь. А я так надеялся, что здесь будет что угодно, но только не Вестники… О боги! Этого ещё не хватало!
    Дверь, словно бы насмехаясь над его мыслями, распахнулась, выставляя на улицу нового свидетеля. Это оказался один-единственный драконид, оказавшийся как раз между двумя неуклюже переваливающимися монстрами и тут же застывший, с явным шоком взирая на необычных пешеходов.
    Сканирование! – приказал Эмплада своему кольцу, поднимаясь на ноги [Кольцо Драконьих Близнецов: Сканирование]. Чародейство немедленно раскинуло свои тонкие, практически незримые сети – и уже в следующее мгновение мягкий голос, так похожий на Артемиду, подсказал: «Угроза подтверждена: пришельцы не принадлежат материальному измерению и представляют критическую опасность. Предположительная принадлежность сил: Пути Анархий; Спиритологическая Логия. Ближайшие существа: драконид Эддард Вокс, рыцарь-декан; волкообразный зверолюд Сальвадор Уорсон, член гильдии магов в должности Мага; три гражданских, раса людей; неизвестная драгонесса, магический потенциал отсутствует, возраст несовершеннолетний.»
    Что? – тупо подумал хранитель: откуда здесь взялась несовершеннолетняя драгонесса? Это так его поразило, что он даже не обратил внимание на имя старого знакомого, с которым как-то встречался на операции в баронских землях – появление драконьего подростка если не переворачивало дело, то вносило в него не самые приятные изменения. – Здесь детёныш! Драконий детёныш! – спешно известил он остальную команду, торопливо передавая им координаты. И в этот миг, двери распахнулись, выпуская на улицу причудливую компанию из зверолюда, человека и драгонессы.

    Вышедшие сразу же застопорились, но темночешуйчатая не могла вернуться в подъезд задом наперёд, и ей не хватало места для разворота. Именуемый Эддардом, взмахнув возникшим откуда-то копьём, в ужасе оглянулся – ему тоже закрыли путь к отступлению, и вдобавок, он видел, что ему уже попросту нельзя было бежать, а средств справиться с возникшими страхолюдинами у компании, похоже, не было. Человек вскинул примитивное ружьё, с грохотом выстрелил, послав в золотого Вестника пулю – вылетело облако дыма, сверкнули искры от попадания, но большего результата стрелку добиться не удалось.
    Но драконид не растерялся – его аура колебалась, выдавая страх и уверенность в своей скорой погибели, но когтистые лапы, сжимающие копьё, не дрожали, когда тот, крикнув тыловой делегации: «Прочь! Бегите!» – подбросил вперёд обутой в сандалину ногой плоский средний камешек. Цементный диск улетел в сторону бочкообразного, резко разрастаясь на ходу в бетонную плиту. Уже через мгновение над золотым Вестником нависла квадратная каменная плита толщиной в полметра ростом во взрослого человека – наклоненная под углом к земле, она больше не могла висеть в воздухе и на скорости ухнула вниз, с ускорением тараня и обрушиваясь сверху на плечи ходячей металлической бочки многими центнерами бетона [Эддард: осадный щит]. Взмахнув копьём, чешуйчатый что-то гортанно выкрикнул – на высоту его слова не долетели, но судя по всему, это было что-то вроде боевого клича – и ринулся к второму, многорукому, затем отпрыгнул в сторону, словно намереваясь обойти его сбоку – или, как казалось меченосцу, завлекая верзилу за собой, чтобы отвести его подальше от защищаемой им группы. Ибо если зубастый не обратит на него внимание, то копьё и в самом деле грозило вонзиться в его толстую, практически отсутствующую шею.
    Перстень на пальце браслета драконида в тот же миг полыхнул ярким огоньком и исчез. А через секунду тревожный канал Талиона едва ли не взвыл, сигнализируя о столкновении агента с крайней степенью угрозы, необходимой немедленного вмешательства легатов. Не глядя на то, что адресовался тот именно им, подобные тревожные вызовы дублировались и всем ближайшим хранителям.
    Что там, вашу мать, творится, Мелвилл?! Хиссан пригнал своих болванов? Чей сигнал тревоги, кто сражается? – в голову хранителя немедленно ворвался взъярившийся демон: отставшая сейчас группа ощутила и начавшееся магическое сражение, устроенное отнюдь не их командой, и сигнал тревоги, и вдобавок, Мина наверняка ощутила и первую смерть в Даттеросе. И это совершенно было не тем, чего ожидал генерал фурий в первые минуты погони.
    Смотрите сами. Я атакую! – не было времени объясняться или расписывать ситуацию в красках: не было времени дожидаться остальных – декан не продержится против соперников и тридцати секунд, а поскольку внимание Вестников уже было направлено на драгонессу, то и ей жить оставалось бы меньше минуты. Мелвилл всмотрелся раскинувшуюся перед ним улицу, подмечая все её детали, всех существ – и отправил этот образ по ментальному каналу, вместе со всей остальной информацией, что ему подсказало сканирование [Кольцо Драконьих Близнецов: защищённый канал]. Всё ещё невидимый, он поднялся во весь рост, стоя на каменном парапете крыши, он вскинул руку с мечом вертикально вверх: клинок послушно отозвался, мягко завибрировав в ладони и сливая свою силу с энергией Эмплады, щедро впитывая её поток и вырываясь в виде готового заклинания. Хранитель знал, что это не задержит монстра на долгий срок – но ему нужно было всего лишь несколько мгновений, которые способны были вырвать его чары [Меч Симисоны: Связывание]. А невидимый мечник уже шагнул с парапета вниз, падая лицом вниз с верхотуры кирпичного строения и стремясь, казалось, опредить собственные чары…

    Плитка вокруг многорукого урода брызнула сотней мелких крошек и камешков, щедро орошая мостовую лёгким серым градом, а из-под земли в воздух рванулись десятки коричнево-зелёных стеблей – тонких, но крепких и узловатых, усеянных шипами. Терновые змеи заключили ртутного Вестника в кольцо, сплетаясь над ним сетью и с силой обрушиваясь на него сверху, силясь придавить к земле и завалить, удержать на месте. А прежде, чем коса смогла бы взмахнуть и рассечь воздух вместе с гневными лозами терновника, новые побеги крепко обвились вокруг всех шести конечностей, впиваясь и растягиваясь в стороны, стараясь буквально распять пришельца безо всякого креста. Его круглому союзнику, оказавшемуся непозволительно близко, досталась и своя часть лоз, целой волной накинувшись на золотого голема.
    А Мелвилл падал, сжимая рукоять обеими ладонями, чтобы в последний миг с силой опустить его в низ, всем своим весом, всей своей скоростью падения и силой его человеческих мышц обрушить остриё Симисоны на толстые, но кажущиеся хлипкими и рыхлыми конечности слугу Забытого. Взмах, свист клинка – и удар с мощью обрушился на многорукого, силясь отрубить ему если не все три, то хотя бы одну правую конечность, прежде чем монстр оправится и попробует разорвать колючие и упрямые лозы.
    Едва только меч Эмплады коснулся массивного тела Вестника, как маскировка лопнула, не в силах больше прятать под собой меченосца. Прямо перед глазами Эддарда – а так же его спутников, показавшихся из подъезда, в воздухе возник безумно отчаянный наёмник, умудрившийся с тыла попробовать пересчитать лишние руки у владельца чудовищной челюсти. Драконид даже не успел его толком рассмотреть, но в голову взорвалась мысль – вот он, шанс! Он ринулся вперёд, вскинув оружие и словно намереваясь пронзить его копьём – но метрах в четырёх затормозил, сильно наклоняясь вперёд и вскидывая левую руку – кулак разжался, выпуская фонтан из маленьких камешков. С чавкающим звуком каменная шрапнель, взорвавшись в морду твари, и из образовавшегося облака вылетел обильный и густой ком тёмно-коричневой грязи, готовый расплескаться густой вязкой плёнкой на уродливой рожи чудища [Эддард: кусачая клякса].



    Нам не не доступна страсть молитвы.
    Нами забыта ярость битвы и отваги свет.
    Только осталось бремя надежды.
    или ее тоже нет?

     
    МистДата: Вторник, 02 Мая 17, 13.20 | Сообщение # 44
    Маг
    Группа: Чтецы
    Сообщений: 131
    Награды: 4
    Репутация: 3
    Статус: Offline
    -Ну давай, веди нас харчеваться, большой парень. О Ацогве, ну и компанию ты мне подсунул для совместного завтрака! Как хорошо, что я не паскудный травоед.
    Сальвадор покачал головой и усмехнулся.
    -Сальвадор, можно Салли, если совсем сложно - Сало, если вдруг идеи для наименований закончатся. Знавал я поэтов у которых для обозначения "большого" тридцать девять слов... За брюхо не беспокойся - там обычно питаются куда более привычные тебе морд... Лица. Хотя они и сталкивались с драконьим аппетитом, с самим драконом я их ещё не знакомил... Ну, мы доберёмся как раз в разгар работы - возможно даже никого кроме нас сидеть не будет, вспомнить бы где там будет уголок где мы все умест....
    -Что-то подозрительное...Сразу поймёшь...
    Представшее перед группой сразу же заставило зверолюда высвободить единственное средство универсальной защиты - податливый для собственных чар посеребрённый клинок боевого мага. Происходящее не торопилось укладываться в его разум, но инстинкты сразу же дали о себе знать.
    -Прочь! Бегите!
    -Маневрируем. Отходим. - вторил голос старшего по званию.
    В считанные секунды перчатка с левой руки была отброшена и в полупустой барабан колбометателя были отправлены ещё четыре склянки, по две различных цветов. Единственное безопасное место в которое можно было уйти - боевой пост гильдии магов, но хватит ли там сил чтобы сразиться с этим противником...? Неважно, в данный момент это было единственной кажущейся безопасной зоной, куда можно было отступить.
    -Двигайтесь! - рявкнул зверолюд на драконессу и Этнео, пытаясь увести их в нужную для ухода сторону. Он не уходил от битвы, он готовился принять её следом. Меч загорелся слабым свечением [Торжествующий вой], готовясь к встрече с худшим.



    Причудливые чары прочих членов группы ясно давали понять Мисти что даже её былое величие меркло перед способностями посланника и шутки про её окончательную смерть имеют под собой реальную основу и одним из инициаторов его запечатывания вполне мог оказаться некто подобный.
    Аномалия сорвалась прочь оставляя Сари в недоумении, а Мисти в томительном ожидании. Преследование давалось не слишком просто, особенно если учесть необходимость находиться под маскировочными чарами человекоформы. Но как вдруг…
    Здесь детёныш! Драконий детёныш!
    Немой вторичный вскрик Сари не остался без внимания демонессы, более того именно этого согласия она и ждала. Почему бы не сделать кому то “приятно” и не проявить себя? Тем более согласие к действию было получено.
    -Мы врываемся.
    Воспользовавшись последними проявлениями маскировки, длинноухая девушка испарилась в алой дымке [Пространственное перемещение] и возникла на крыше, где секунды назад находился Мелвилл. Принятый облик стал куда более обезличенным, а к визуальному образу добавились более подходящие ситуации детали. Возникшая в алой дымке женщина сразу стала её собирать для неких могущественных чар, не упуская из виду незваных гостей [Аннигиляция: Подготовка]. Под таким углом атаки случайные жертвы крайне маловероятны, а потому Мисти готовилась нанести максимально возможный урон для тех, кому магия посланника пока что не нанесла ни царапины.


    Сообщение отредактировал Мист - Вторник, 02 Мая 17, 13.26
     
    АнкалагонДата: Суббота, 11 Августа 18, 10.15 | Сообщение # 45
    Услышь мой рёв!
    Группа: Летописцы
    Сообщений: 1608
    Награды: 4
    Репутация: 17
    Статус: Offline
    Эвент прерван


    Похоже, время прощаться.
    Этнео пришел провожать драгонессу один: после вчерашнего инцидента он отделался сломанной левой рукой, которая теперь отлеживалась в перевязи. Эддарду досталось больше – он не смог прийти проститься с Кассиорой, хотя его напарник заверил ее, что целители поставят драконида на ноги в ближайшую неделю.
    Ей оставалось лишь верить Этнео на слово: дневную стычку она почти не застала, и могла довольствоваться пересказами. По словам ее провожатого, это была пара вампиров, которые давно прятались в подвалах из-за севших на хвост сыщиков Трибунала. Обезумев и потеряв человеческий облик от долгого голодания, они не смогли сдержать жажду, когда ощутили рядом присутствие молодой драгонессы, и напали, забыв даже о дневном свете. Подстёгиваемые яростью близкой смерти и голода, они до последнего выплёскивали свой гнев на окружающий мир.
    Изрядно потрепанные, Этнео и Эддард теперь точно не могли покинуть город, в котором у них оставалась еще масса собственных дел, и вечером, пробившись через запреты целителей, хирурга и пары жрецов Маракаву, Этнео принялся организовывать дальнейший путь Кассиоры.
    Его неутомимыми стараниями удалось отыскать бродячий цирк, который, после убедительного веса мешочка с монетами, согласился взять на борт к себе драгонессу и её провожатого. Два фургона и одна длинная телега выстроились в ряд: расположив грузовую телегу между фургонами и распихав коробки с реквизитом так, что из них выросли новые борта, они нашли более-менее свободное пространство, чтобы юная Кассиора смогла там устроиться лёжа. Сальвадора, который ещё не отказался от предложенной им помощи, поручили сидеть на козлах – править четвёркой тягловых коней. А вдобавок, до баронских холмов им подрядили в помощь четырёх всадников из пограничных войск, одетых в среднюю чешуйчатую броню и вооружённых топорами и тяжёлыми метательными дротиками.

    Земли баронской конгрегации лежали далеко от того места, где пропали родители Кассиоры. Но Этнео знал, что прибывшие на место крушения корабли нашли обломки, тела человеческой прислуги, но ни намёка на следы драконов – ни на земле, ни под водой. Нить прерывалась, а смотреть за их дочерью в Даттеросе было некому. Зато, с северных земель префектуры пришло предложение помощи – пара драконов, проживавших в союзе с одним из тамошних феодалов, готова была взять под опеку временно осиротевшую драгонессу, и разобраться с поисками. И для Этнео это было лучшим вариантом: если кто и мог лучше искать драконов, так это сам дракон.
    Не в силах понять, что мешало тем драконам самим прилететь в Даттерос, Этнео должен был теперь отправить Кассиору практически одну в это путешествие. По крайней мере, без доверенного лица, которое могло бы за ней присмотреть, и решение этой проблемы заняло у него ещё полночи, пока солдат бегал и отправлял необходимые запросы.
    Уже утром, перед самой отправкой, к каравану присоединились ещё двое. Первым был краснолицый чернобородый гном, возвращающийся в своё королевство. Уже после оплаты места в караване хозяину цирка, он увидел свою крылатую попутчицу, зло зыркнул на неё (всем была известна взаимная нелюбовь крылатых и подземных жителей), сплюнул и полез в головной фургон, сильнее, чем нужно было, сжимая в руке рукоять разрешённого ему короткого топора. Вторым оказался всадник с целым набором мечей, которого они впервые увидели вчера, во время "вампирской потасовки". Именно он и был тем, кто должен был присмотреть за юной драгонессой в этом пути.



    Солнце третьего дня их пути почти касалось горизонта, расплескав по небосклону золотистые цвета заката и подкрасив светящимся багрянцем обрывки бесформенных туч. Мелвилл сидел на ящике, накрытом его скомканным серым плащом, в конце второй в караване телеге, пропустив свисающий с края повозки хвост Кассиоры под коленям. Его гнедой конь, привязанный к стойке бортика, понуро шёл следом за мелко трясущейся и раскачивающейся колымагой. Перевязь с тремя мечами висела у седла, вместе с седельными сумками и длинным ружьём с барабанным магазином. Пытаясь разбавить невыносимую скуку путешествия, он держал на коленях деревянный планшет с листками, на одном из которых что-то рисовал потрёпанным, почти сточенным карандашом.
    Другие фургоны тоже пытались скоротать дорогу каким-то весельем: на головном троица пела какую-то балладу высоким тенором, подыгрывая себе лютнями и гитарами. Их слова было не разобрать из-за умелой, но слишком вдохновлённой игрой на барабанах развеселившегося гнома, чей рокот и стук могла перебить лишь ругать самого бородатого барабанщика, когда фургон натыкался на очередную ухабину или камень на мощёном тракте. И хотя главный имперский тракт отличался хорошим состоянием и редкими неровностями, зад гнома, похоже, вознамерился по чувствительности поспорить с эльфийской принцессой… либо же подгорному жителю нравилось горланить ругательства на весь тракт. С заднего фургона слабый ветер доносил игру на губной гармошке.

    Мелвилл случайно присоединился к этой поездке. Не глядя на свободное время, он не собирался брать на себя поручения для агентов низшего звена, пока до него не донеслись детали этого дела. Узнав, что у одной драгонессы-подростка бесследно пропали родители, ещё и из благородного дома, Эмплада быстро передумал. Охота и убийство драконов в окрестностях Империи было неслыханным делом, а покушение на столь видную пару, отправившуюся в Империю с целью открыть посольство своего народа – подобное преступление отличалось тщательной подготовкой и неслыханной дерзостью, уверенностью в своей безнаказанности. Едва ли те, кто организовал это, забыли о девчонке, но они точно должны быть готовы помешать городской страже переправить её под защиту другой пары драконов, готовых к опасности. И будут готовы встретиться даже с низшим агентам Трибунала. Мечник решил проверить, смогут ли они помешать ему?

    Хранитель был здесь не только для того, чтобы Кассиора доехала до новых опекунов. Помня о том, что детёныш наследует родительский элемент, и о близости их энергии, Мелвилл рассчитывал использовать её как образец, антенной для поиска следов пропавших родителей. Магия Кристалла могла создать сложную структуру, способную уловить на огромных расстояниях остатки той энергии, на которую будет настроена система, действуя как резонирующий сонар.
    Все споткнулось об тот фактор, что у Кассиоры не оказалось родительского элемента. Как и любых способностей к колдовству. Весьма неожиданный и необычный феномен делал присутствие Эмплады практически полностью лишённым смысла – а из-за того, что время для решительных поисков следов у разбитого корабля было безнадёжно утеряно, оставалось лишь методично прочёсывать территорию вокруг, да пытаться найти какие-то слухи о чём-то необычном среди агентов в подпольном мире. Шансы найти родителей драгонессы живыми и здоровыми стали призрачными и продолжали таять – но забывать об этом деле было нельзя. Пусть уж не ради их жизней, так ради пресечения таких преступлений в дальнейшем стоило перевернуть хоть половину Санкторамоса. Жаль только, что Кассиора не могла как-либо помочь в этом… кроме как в роли приманки, что было слишком опасным. И Мелвиллу оставалось лишь ехать дальше, проклиная медлительность цирка и разбавляя скуку путешествия периодическими разъездами вперёд и назад их пути. Впрочем, сейчас даже это не требовалось – до холмов было ещё далеко, и весь окружающий ландшафт был как на ладони.


    Нам не не доступна страсть молитвы.
    Нами забыта ярость битвы и отваги свет.
    Только осталось бремя надежды.
    или ее тоже нет?

     
    Mad_HatterДата: Суббота, 11 Августа 18, 22.18 | Сообщение # 46
    Магистр
    Группа: Хранители
    Сообщений: 205
    Награды: 2
    Репутация: 33
    Статус: Offline


    ГМ:
    Зоркий глаз Хранителя, обычно не упускающий никаких деталей, никак не мог ни за что зацепиться. Его попутчики были не самыми обычными людьми, но ничего такого, чего нельзя было бы ожидать от бродячего цирка. Их ожидаемая необычность сбивала с толку и Хранитель никак не мог угадать, на что следует обратить внимание в первую очередь. Их соседка по повозке - невероятная акробатка Амелия - затейливым образом крутила в руках небольшие обручи своих тонких браслетов, смыкая и размыкая множество казалось бы цельных колец, изредка поглядывая на Кассиору, устроившуюся рядом, с азартом и любопытством, пытаясь привлечь внимание драконессы. Но не она была лучшим претендентом для беспокойства мечника. С позиции совсем недалеко позади их фургона на фокусницу ревниво поглядывала пара чёрных точек-глаз, едва заметных на огромном, заплывшем лице мускулистого гиганта, топающего пешком. Его комплекция заставила бы обеспокоиться даже самых бесстрашных. Не менее двух локтей в высоту, широкоплечий и лысый, со свиноподобной обиженной мордой, Мелвиллу он мог бы напомнить молодого лесного тролля. Взгляд хранителя то и дело цеплялся именно за него и гигант отвечал меченосцу тем же, с не читаемой физиономией осматривая наёмника и его набор клинков.


    When those eyes in the mirror stare back at me
    I’m reminded that the ghost of pride is clear to see.


    Сообщение отредактировал Mad_Hatter - Суббота, 11 Августа 18, 23.15
     
    zlobnii4elДата: Воскресенье, 12 Августа 18, 21.25 | Сообщение # 47
    Колдун
    Группа: Следопыты
    Сообщений: 59
    Награды: 0
    Репутация: 0
    Статус: Offline
    Стоило только завидеть двух неведомых существ, как Кассиора бросилась прочь, лишь краем глаза увидев, как отважно сражаются с ними Эддард и Этнео. Со всех лап, так быстро, как только могла, она рванула с места подальше отсюда, оставляя позади и двух монстров, и даже Сальвадора, которому было поручено сопровождать ее, но который никак не мог поспеть за юркой драконессой. В суматохе и панике мчась среди нескончаемых лабиринтов серых улиц она, наконец, обнаружила безопасное место – старый заброшенный завод, в обширных, холодных и темных помещениях которого она могла спрятаться. Отсюда уже не было слышно звуков боя и даже шума прохожих – лишь пронизывающий холодный ветер. Просидев там около часа в ужасном волнении, пугаясь от каждого шороха, наедине с шумом капель протекающих труб и писком крыс, она с испугом и радостью встретила Сальвадора, который по-прежнему неведомым для нее образом сумел ее отыскать. К ее же счастью, ведь она уже не могла понять, где сейчас очутилась. У нее было еще мало доверия к этому старому волку, но сейчас он был единственным, кто мог бы помочь ей не остаться здесь одной снова. Факт того, что он предпочел не расправиться с ней из-за нелепого случая, а помочь, пусть и по приказу свыше, немало успокаивал ее.
    Кассиора уже оправилась от паники, но кошмарные, неестественные, уродливые лица тех чудовищ все еще стояли перед глазами, вселяя ужас в ее юную душу. Следуя за Сальвадором, она, наконец, встретилась с Этнео после долгого боя.
    Этнео! – радостно воскликнула драконесса, увидев его – Ты… ты в порядке? – с переживанием спросила она, глядя на его руку. А где Эддард? – продолжила темно-серая с еще большим волнением, отягощаемым мрачными догадками. Но рассказ Этнео успокоил ее: пусть Эддард и пострадал, он хотя-бы останется жив. Кассиора с облегчением вздохнула, очень сочувствуя его состоянию. Вы рисковали жизнью, чтобы спасти меня… спасибо. Я не забуду этого. – поблагодарила она своих спутников, одарив их благодарным, чистым, невинным взглядом и пустив слезу – не от грусти, но от избытка чувств.
    То, что Этнео сумел найти средство передвижения для Кассиоры и Сальвадора, было отличной новостью. Одной из немногих хороших новостей, которые случались с ней в последние дни. Без этого Кассиоре пришлось бы остаться в Даттеросе еще на очень долгое время – одна она не сумела бы добраться до другого города. Прощай, Этнео! – с грустью в голосе сказала она, устроившись в вагоне каравана.
    Вокруг было много незнакомых людей (и не только людей). Кассиора чувствовала себя здесь совсем неуютно, и особенно ее настораживал угрюмый гном, который явно был не рад ее обществу. Весь этот караван не вызывал у нее доверия, за исключением Сальвадора, которому она доверяла больше, чем кому либо здесь, и незнакомого рыцаря со связкой мечей, которого она краем глаза заметила в той битве, и который вызывал у нее любопытство. Он заметно отличался ото всей этой компании. В первый день она не проронила ни слова, лежа на телеге и чувствуя себя настолько сжато, что, казалось, за любое лишнее движение ее, как ей казалось, могли обругать и оставить прямо посреди дороги. Скука и недвижимость тела были совсем малой толикой тех переживаний, что ее терзали: днями ее голова была забита разными мыслями – тревожными, грустными, ностальгическими. После такого столкновения она была особенно подавлена, но постепенно ее эмоциональное состояние пришло в норму.

    Драконесса, наконец, набралась смелости приподняться, чтобы понаблюдать за местными пейзажами. Сейчас был один из тех немногих моментов, когда она могла, наконец, побыть в спокойствии. Даже крики и звучание давно надоевшей песни не мешали ей расслабляться. Но вскоре и наблюдение за пейзажами ей наскучило – они практически не менялись на протяжении всех трех дней. А вот чирканье карандашом незнакомого рыцаря было весьма любопытным. Кассиоре нравилось наблюдать за процессом рисования или черчения, и этот случай не стал исключением. Она приподнялась, немного развернулась и без малейшего стеснения стала за ним наблюдать, обменявшись прежде взглядами с заинтересованной циркачкой, которая могла увидеть во взгляде Кассиоры невинную чистоту и капельку страдания.
    Когда рыцарь обнаружил наблюдение за ним, Кассиора не отвернулась и не сделала вид, что не подсматривала. Напротив: она охотно пошла на контакт. Этот человек казался ей гораздо приятнее всех этих циркачей.
    Я видела, что Вы тоже сражались с теми вампирами. Мне рассказывали, что вампиры – это сказки, и в книгах они выглядели совсем по-другому… никогда бы не подумала, что они такие ужасные. – с неподдельным трепетом промолвила она – Мои друзья серьезно пострадали в схватке с ними. Но на Вас нет ни царапинки… должно быть, Вы очень умелый воин. Спасибо, что не остались в стороне в тот день.




    Где-то в лесу, совсем недалеко от дороги, расположился отряд убийц из Серого братства. Догадки о том, что жизнь драконессы все еще под угрозой, были как никогда правдивы – они были здесь с одной целью: оборвать ее жизнь. Вместе с ними выступал и дракон – Алистер, сын Альтерана, мудрого черного дракона, друга семьи Кассиоры. Но зачем другу семьи было посылать собственного сына на убийство драконессы, которая к этой семье принадлежала?
    ***
    Альтеран всегда был строг с Алистером. Он пытался воспитать в нем сильного волей и характером дракона, научить его самым необходимым вещам – для его же блага. Но порой он требовал от Алистера слишком многого, взваливал слишком много ожиданий и критики на него. Из-за этого он сильно отстранился от отца, и стал совсем не похож на него, как и на того, в кого он хотел его воспитать. Ему совсем не хватало родительского тепла, особенно с ранней смертью матери, точные причины которой Алистеру до сих пор неведомы.
    ***
    Но как бы то ни было – Алистеру прекрасно было известно о том, кто стоял за этими покушениями. Он был хорошо знаком с Кассиорой, когда-то они немало общались и были неплохими друзьями – до тех пор, пока отец не запретил ему это общение. Молодой дракон испытывал к ней даже симпатию, а потому совсем не хотел ее смерти, как и смерти ее семьи. Но противиться воле отца он был не в силах. Должен быть другой путь…
    Этот факт его серьезно тревожил. Однако в ходе тяжелых размышлений ему приходит идея о том, как нужно действовать.
    Всегда я шел на уступки… всегда я подчинялся слову отца, что бы он мне ни приказал. Всегда я был слаб, неспособен противиться его слову… и всегда ненавидел его, и все, что он творит. Возможно, я трус и слабак, но он зашел слишком далеко. Я не оставлю это так. – дракон заскрипел зубами от злобы и оглядел ассасинов, что его окружали – Эти убийцы… никакой любви к жизни, им нужно только золото. И кровь моей… кхмф! Кассиоры… – он еще сильнее скривился в гневной гримасе – Хм, постойте… ведь им нужно только лишь золото, ведь так? И связь с отцом есть только у меня. Это… идея! Это мой шанс. Эй, охотники! Пришел новый приказ от моего отца! – окликнул он их чуть дрожащим голосом, подождав, когда они обратят на него внимание – Он заплатит гораздо больше, если вы притащите ее живьем. Он хочет… лично расправиться с ней. – выдумывая на ходу и сглатывая, продолжил он. Три больших мешка золота сверху. Он с волнением стал ожидать их ответа.
     
    МистДата: Воскресенье, 12 Августа 18, 23.31 | Сообщение # 48
    Маг
    Группа: Чтецы
    Сообщений: 131
    Награды: 4
    Репутация: 3
    Статус: Offline
    -Отличный отпуск, старина Сальвадор, просто отличный…
    Эти мысли уже не в первый раз приходили в голову зверолюда с тех самых пор как он покинул территорию, как Гильдии Магов, так и Инженерной Гильдии. С поры едва не начавшейся потасовки в пригородной таверне, затем событий трёхдневной давности, а теперь отсиженного хвоста и острого желания перебросить вожжи вперёд экипажа и идти впереди лошадей, лишь бы размять ноги.
    На самом деле причиной было не только отсутствие физической активности – Сальвадор не имел толкового опыта управления экипажем. В лучшем случае это был третий раз, когда он держал вожжи, при этом первый раз в этом мире. Сложно сказать, почему он не отказался или не попробовал уклониться от столь важной роли, было ли это компромиссом ради того чтобы по максимуму сгруппировать этот небольшой эскорт или же кто-то нашептал что в силах этого зверолюда тащить эту повозку не хуже тягловой лошади в случае чего…
    После трёх дней без толкового собеседника и излишне «ответственной» работы было не удивительно ловить себя на таких мыслях. Уже не помогали воспоминания о далёком прошлом – ощущение будто даже думать о нём может повредить, о недалёком прошлом – та же рутина в обеих гильдиях, о совсем недавних событиях… Уже совсем не хотелось думать.
    Сейчас же его задачей было сопровождать детёныша дракона к тем, кто смог бы о ней позаботиться. Как заботиться о ребёнке старше себя возрастом Сальвадор не представлял, равно и как говорить и как… Взаимодействовать. Хоть драконесса и была неожиданно рада тому, что он сумел найти её посреди города и вернуть к тем кому она доверилась – с тех пор диалог дальше пары фраз не складывался. Хотя наивное детское доверие зверолюд не мог не заметить. На регулярных простоях для лошадей за драконессой постоянно должен был наблюдать либо мечник, либо Сальвадор. Так как освоить мастерство сна сидя на движущейся повозке он ещё не сумел, на стоянках он старался отсыпаться, чередуя дрёму с какой-никакой настороженностью. И после одного из таких падений в сон он заметил, что драконесса в неосознанном сне повторяла какое-то неразборчивое слово, пока не уткнулась в его бок и не успокоилась, расположившись совсем близкой. Обративший внимание на эту картину маслом Мелвилл – так звали второго сопровождающего – определённо одарил Сальвадора необычным взглядом… Или по крайней мере ему так показалось.
    Чёрт побери, совершенно не выспался…
    Шутки про местных неизменённых домашних кошек в эту ночь показались в какой-то степени как минимум былью. Конечно большинство феральных зверей определённо старались держаться от него подальше и в кошачий плен ему не суждено было попасть, но пересилить себя и отодвинуть от себя драконессу либо как минимум без нужды её будить он не стал. Конечно при первой возможности он выбрался из этого импровизированного плена, но всё же лёгкое недосыпание в купе со скукой делали своё дело. Сейчас же Сальвадор наконец услышал как Кассиора наконец нашла в себе силы открыто обратиться к Мелвиллу, при этом без той робости, что была ей свойственна раньше.
    Хм, ни капли осведомлённости… Но по крайней мере отошла от наваждения.
    Переведя наконец взгляд на дорогу, где вновь мельтешила задняя часть головного фургончика Сальвадор глубоко вдохнул.


    Сообщение отредактировал Мист - Воскресенье, 12 Августа 18, 23.42
     
    Mad_HatterДата: Понедельник, 13 Августа 18, 01.10 | Сообщение # 49
    Магистр
    Группа: Хранители
    Сообщений: 205
    Награды: 2
    Репутация: 33
    Статус: Offline
    ГМ:
    Бандиты, поджидавшие в пролеске, переглянулись. И затем дружно расхохотались во все лёгкие, словно бы скрытность их совершенно не заботила – так позабавило их предложение молодого Алистера. Их группа скрывалась в пролеске в достаточном удалении от дороги, что бы ветер не донёс их потеху до осторожных ушей каравана и достаточно глубоко за деревьями, что бы зоркий глаз не сумел их разглядеть.
    -Три мешка золота – это сколько, точнее? – сквозь смех выдавил кто-то, подбросив дров в костёр задора.

    Главарь их отряда, широкоплечий обладатель рыжей косматой гривы Ворн, единственный, кто не позволил себе смеха, но и он злободушно ухмылялся, самодовольно уставившись на дракона – Так дела не делаются, крылатый! – могучим басом прогремел он, размахивая перед мордой Алистера игральной картой c семёркой пик – Профиль не тот! – и весь отряд снова злобно рассмеялся, на сей раз уже не так громко.
    -Понимаешь, крылатый, деньги пикам плачены. А пики – они про смерть. За кандалами и верёвками вам следовало бы к червам… Но, уже ничего не попишешь – угрюмо отозвался рыжий злодей, проводя большим пальцем себе по горлу – Крындец твоей подруге!

    -Да не сопи ты так! – продолжал Ворн, хохоча – Ты босс. И если ей повезёт, то так уж и быть! Хотя я бы на это не рассчитывал. – облизнулся бандит и вместе с ним злорадно оскалились его шестёрки…

    ///



    Стоило Сальвадору прислушаться к своему обонянию, как в нос врезался резкий ,кислый запах трёхдневного лошадиного пота вперемешку с премерзким парфюмом, которым каждое утро щедро обливала себя акробатка. Женщина должна пахнуть хорошо. – говорила она. Эти слова всплыли мохнатой голове зверолюда, когда его чуть не вывернуло наизнанку. Казалось бы – за три дня пути можно привыкнуть к аромату дорожного образа жизни. Так сказал бы любой ,кому везло не подмечать запахи так же остро, как старому волку. Однажды замеченный, этот смрад проникал до глубин сознания, наотрез отказываясь быть игнорируемым вновь. Задействовав все внутренние силы и резервы, мысленно потянувшись ко всем самым светлым моментам в своей долгой жизни, со слезящимися глазами и заложенным носом Сальвадор дал себе волю, не представляя, чем всё закончится.

    Полусонный караван тянулся вяло и неспешно. Запах весенних трав и вечерней росы напоминал путникам о долгожданном привале. Бузевший гном из первой повозки искренне радуясь предвкушал простое пиршество из похлёбки с кроличьим мясом, делясь запалом с остальными своими попутчиками, как умеют только гномы. В конце концов чего можно ожидать матёрым путникам в рутине однообразного путешествия? Жизнь в дороге тянется от привала до привала, чего бы вам не хотели залить романтики-менестрели. Но так оно и к лучшему, верно? Лениво потянулся баронский стражник на пегой кобыле. Зевнул силач-великан, утомившийся топать пешком. Громко заурчало у него в животе…
    И тут сонную идиллию зычно разорвало оглушительным хлопком, подобным грому. Сонные циркачи подлетели в повозках, с недовольным карканьем и гулом взмыли ввысь птицы со всех соседних полей. Нападение?! Враги?! – стучали мысли в головах мгновенно отрезвевшей от дрёмы храброй баронской дружины.
    Но нет.
    Это всё Сальвадор. Смешанный с зевком, рыком и рёвом, это был его могучий чих, что сотряс воздух до самых небес.
    И бедной кобыле в его упряжи этого было не понять. С неистовым ржанием зверь бросился в сторону. Прочь! Прочь от дороги! От источника шума! Застучал деревянный хомут, хрустнули постромки, жалобно взвыли колёса, путаясь в густой и высокой траве. Обезумевший зверь ринулся в поле, увлекая за собой повозку с неумелым извозчиком, вцепившимся когтями в кожаный ремень поводьев. Позади слышались крики испуганных циркачей и охраны, но не до них было трясущимся в колёсной телеге. Одного только взгляда в безумные от испуга и неожиданности глаза акробатки было достаточно, что бы проникнуться самыми безумными идеями о происходящем. Удержаться! Только бы удержаться! Никаких иных мыслей и быть не могло! Если только вы не герой из легенд…

    ///

    -Начинаем! – шепнул прячущийся в высокой траве шестёрка пиковой масти. Густая растительность весенних полей надёжно скрывала его от любопытных взглядов, и даже если бы их заметили бы – сейчас уже всё равно было поздно! Коварный злодей поднялся, уже не скрываясь и в руке он сжимал мяч дымовой шашки, который вот-вот сорвётся с его пальцев в сторону ведущей повозки каравана. Взрыв и грохот! Пыль ещё не уляглась, когда стрелы со свистом пронзили воздух, наповал сражая двух людей барона. Все восприняли гром взрыва, как сигнал к атаке! По обе стороны дороги, считая инициатора, возникли восемь человек в траве и кожаных доспехах. Каждый из них сжимал арбалет, а на поясе покоились кинжалы и короткий меч, готовые пуститься в бой, лишь только протяни руку.
    Незадачливый бандит-инициатор удивлённо таращился на свою руку, в которой до сих пор покоилась шашка, которую он так и не успел бросить –Это что так громыхнуло? – задавался он немым вопросом, совершенно позабыв об окружающей суматохе. Его не вывели из транса никакие крики остальных и осознание пришло уже тогда, когда безумная лошадь с пеной у рта и повозкой за спиной ,которой правил здоровенный волк с не менее ошарашенным выражением морды, со всей одури прокатилась по нему копытами и невозбранно понеслась дальше.
    -Они уходят! – вопили бандиты – Они о нас знали!

    ///

    Тем временем, в пролеске на другом конце поля.

    -Ха! А-ха-ха-ха-ха-ха! – залился диким смехом командир шестёрок – По коням, братцы! А ты, белёсый, на крыло! Загоним их прямиком в пекло! – азартно горлопанил он жестоким басом, устремляя своего коня вперёд. За ним из лесу вылетели четверо всадников в серых плащах, с мечами наголо, так же неистово вопя бранные боевые кличи. Все они опережали Алистера, подставляя тому спины.

    -Не отставай, дракон! Не то подохнет твоя самка, костей не соберёшь! – кричал рыжий, всё дальше удаляясь к каравану – За Масть Всех Мастей! За золото и брагу!

    \\\



    Продрать глаза от слёз Сальвадору удалось не сразу, да и звон в ушах ушёл не скоро. Сперва он ощутил рывок лапами, когда взбрыкнувшая лошадь едва не вырвала его с места правящего. А уже потом осознал, что летит, прежде чем плюхнуться обратно, прищемив хвост и моментально прозрев. Его повозка летела по кочкам и ямам совершенного бездорожья в поле, прочь от дороги. Старые кости чувствовали каждую выбоину и просадку, хотя даже будь Сальвадор молодым, лучше бы от этого не стало, что ему без интузиазма бы подтвердили молодая драконесса, наёмник и акробат, скачущие в самой повозке в непрерывной чехарде. Сперва наступило исступление. Затем паника. Он что, кого-то только-что задавил?! Но затем в крови зверолюда вскипел адреналин. Позади слышались истошные вопли – на караван напали! Тот, кого он задавил, был бандитом! Сальвадор с яростью стеганул лошадь да так, что хлёсткое эхо услыхали в чистом поле. Лошадь бесилась, в страхе обретая невероятную силу и Сальвадор понимал, что, направив эту силу в верное русло, он сумеет отнять у Серого Братства преимущество и перехватить инициативу. Лошадь поддалась, почувствовав гнев седогривого, вложенный в удар плетки. На уровне инстинктов она всё ещё ощущала, кто тут выше в пищевой цепочке. И неопытный Сальвадор снова правил над скачущей повозкой да так, как любому мастеру не снилось. Протяжно выли оси колёс, заявляя, что долго не выдержат таких издевательств. И выбор теперь оставался за героями – как лучше использовать новые возможности?


    When those eyes in the mirror stare back at me
    I’m reminded that the ghost of pride is clear to see.


    Сообщение отредактировал Mad_Hatter - Понедельник, 13 Августа 18, 09.49
     
    АнкалагонДата: Вторник, 14 Августа 18, 17.18 | Сообщение # 50
    Услышь мой рёв!
    Группа: Летописцы
    Сообщений: 1608
    Награды: 4
    Репутация: 17
    Статус: Offline
    Штрихи быстро ложились на лист, один за другим вычерчивая контуры того, что окружало Мелвилла. Борта телеги, ящики, и пустые пейзажи вокруг. Сидящая на складном стульчике невысокая девушка, вращающая в пальцах тонкие кольца и с надеждой глядящая на драгонессу. И сама драгонесса, скучающе положившая голову на бортик и бессильно обмякшая на дне стучащей телеги.
    Гангхейм направляет мой меч. Натаилтон заботится о моих ранах. А Ацогве одарил меня удачей, – несколько высокопарно отозвался Эмплада, прежде чем поднять голову и весело улыбнуться. – Рыцарю Ацнага должно отвечать в таком тоне. Но рыцарь Пантеона из меня не самый образцовый, поэтому признаюсь, что мне просто везёт. А ещё, и у меня есть свои фокусы. Например, возить с собой столько мечей, что враг ждёт целую декаду солдат, спрятавшихся за хвостом Мерлина.
    Мечник кивнул головой на своего гнедого, дав понять, что это его звали Мерлином. И вернулся к рисованию, бросая короткие косые взгляды на Кассиору. Кончик его карандаша уже набрасывал рядом с её рисунком вторую голову, где она смотрела прямо на зрителя - пока лёгкими штришками, чтобы их можно было легко стереть. Но теперь на рисунке драгонесса превращалась в двухголовую гидру.

    От грубого рывка Мелвилл чуть не проткнул планшет карандашом. В мгновения перехватив его одной рукой, цепляясь второй рукой за борт, парень невольно выронил карандаш, расставляя шире ноги для устойчивости. Прежде чем храмовник успел выругаться по поводу глупой кобылы и не в меру шумного извозчика, устроившего балаган, спятившее животное увлекло за собой остальных лошадей из своей упряжки, заражая их своим ужасом. Старые оси загремели и застучали, словно бы оркестр пьяных минотавров, когда колымага заложила крутой вираж и вылетела в поле, страшно сотрясаясь и едва не опрокидываясь на бок. Позади раздалось возмущённое ржание – привязь больно натянула уздечку и увлекла Мерлина с собой, но учёный гнедой не поддался панике, последовав за свернувшей телегой.
    Первый серьёзный рывок был лишь интерлюдией безумной гонки по бездорожью. Пытаясь не вылететь с края телеги и защищая локтем лицо от подлетавшей мелочи локтем, Эмплада пытался рассмотреть, что происходит впереди: в очертаниях дрожащего мира он успел увидеть наклонившуюся фигуру их волосатого кучера, занесшего высоко в небо свистящий кнут.
    Ты там спятил, Вервольф? – возопил Мелвилл, решив, что Сальвадор плетью пытается успокоить взбеленившихся коней. Но докричаться до Сальвадора сквозь грохот и ветер не было никакой возможности. Пробраться к нему через пляшущих на дне акробатку и драгонессу было и вовсе сумасшедшей затеей. А телега в любой миг грозила перевернуться, сломать оси или потерять колесо на любой серьезной кочке, и удача, волей которой они пока не налетели ни на одну яму или неровность, скоро должна была иссякнуть.

    Демонстрируя просто невозможное равновесие, Мелвилл встал, балансируя на полусогнутых ногах, и вцепился в натянутые до предела и готовые лопнуть поводья своего коня. Взгляд метнулся по оставляемому тракту с двумя ошарашенными удаляющимися фургонами – и задержался на миг, на лоскутах редкого дыма, разорванных порывами северного ветра, на мельтешащих вдали фигурках и на силуэте заваливаюегося всадника.
    Неизвестные охотники за драконами были уже здесь. Они оказались такими нетерпеливыми, что не стали дожидаться ни ночного времени, ни удобного ландшафта. Поведение безумцев – кем и были те, кто мог начать охоту на крылатый род, ещё и выбрав местом своих забав имперские земли. Но, проклятый Сальвадор, мог бы предупредить, прежде чем сходить с ума!
    Повозка с треском и жалобным скрипом налетела на новую кочку, затрещав предсмертным хрипом, шатаясь и подпрыгивая – дощатое дно вильнуло и ушло из-под ног, вынуждая мечника немедленно сорвать привязь и оттолкнуть от себя телегу прочь. Развернувшись в воздухе кувырком, достойным зависти лучшего акробата в цирке, Мелвилл приземлился ровно в стремена, седлая Мерлина, тут же погнав гнедого вперед, на обгон телеги:
    Сбавь ход, пока все не сломали шеи в канаве! И увози дракона отсюда! – закричал он Сальвадору, едва поравнялся с ним. – Я займу «хвост!»
    Две секунды, и он уже мчался обратно, навстречу авангарду разбойников, которые безнадежно пытались догнать пылевой хвост деревянной кометы лишь на своих ногах. Их было всего трое, кто не болтался на тракте, а устремился за самой главной добычей. На свою же голову…

    Эмплада не любил убивать смертных. Но ситуация сейчас не позволяла вести исправительные беседы, да и их банда должна была быть готова к мучительной смерти от клыков и когтей, если посмела замахнуться на такую добычу. – Мы защитники смертного рода. Который без пастухов и сам с радостью ищет себе погибель. И теперь нам приходится убивать их для защиты от самих себя, – с горькой иронией мечник сомкнул ладонь на алой рукояти, вытаскивая меч из перевязи и вскидывая его вверх. Вся приближающаяся троица сделала почти синхронное одинаковое движение, и Мелвилл понял его назначение еще до того, как увидел вскинутые арбалеты.
    Проснись, Беллатор, – мысленный приказ и нажатие на скрытую кнопку заставили клинок раскрыться, поворотом дисковой крышки расталкивая половинки лезвия и рождая ауру жара [Пробуждённый Беллатор: Власть Огня]. Жгучая волна встретила короткие заостренные болты самострелов в воздухе, пожирая дешевый металл и сжигая дерево быстрее, чем глаза могли бы разглядеть и намек на вспыхнувшие языки огня. Мелвиллу было бы проще отбить два близких болта и увернуться от одного дальнего, чем заниматься огненными фокусами, но один из болтов мог угодить в Мерлина раньше, чем меч бы достал до них. Но большего уже было не нужно: запасных арбалетов головорезы не взяли, а повторно заряжаться у них уже не оставалось времени. Беллатор сложился обратно, гася свою силу до того, как кто-то сумел бы почувствовать запах магии.

    И все же, разбойники были не совсем глупы. Почуяв опасность, они разыграли свой единственный козырь – численность, хоть и не воспользовались ею до конца. Первый, размахивая арбалетом и горланя нечто, что ветер сдувал прочь, бросился обратно, к остальной банде. Двое других не сообразили разделиться и дальше бежали в паре, но хотя бы попытались избежать прямой встречи с вооруженным всадником, не теша себя иллюзией, будто их кинжалы и короткие мечи создадут несокрушимую фалангу.
    О чем кричал беглец – о том, что с фланга остались враги, или о том, что главная жертва сбегает в той телеге? Что бы это ни было, не стоило позволять ему сообщать своё послание сообщникам. А Мелвиллу следовало поскорее добраться до остального каравана, чтобы поддержать их оборону. Но и оставлять ту парочку без внимания было нельзя: пусть им и не догнать повозку, он могла опрокинуться в любой миг, и тогда едва ли ее пассажиры будут готовы к яростной обороне. Гоняться же за каждым по отдельности просто не было времени…

    Мелвилл колебался лишь миг. Завернув гнедого, чтобы преследовать двух охотников за хвостом драгонессы, он отпустил поводья, правя жеребцом с помощью коленей, и рывком вытащил из кобуры длинное ружье. Подобные ему встречались в империи, но более примитивные, без самостоятельно проворачивающегося барабанного патрона и взводящегося курка, более короткие и потому более слабые. Взводя тугой боек, Мелвилл вытянул руку, направляя дуло в затылок улепетывающему преступнику. – За кровь нашего племени.
    Взбрыкнув, как рассерженный Мерлин, оружие с громовым хлопком выплюнуло стальную пулю, дав разбойнику совершить последний в своей жизни рывок вперёд, прежде чем свалиться на землю. Дыма от выстрела почти не было – не в пример тому огнестрельным игрушкам, которые ходили в империи и даже у гномов. Эмпладе не потребовалось что-либо развеивать, чтобы перенацелить дуло на нагоняемую им парочку. Второй выстрел. Кажется, впереди сверкнули алые капли. Мелвилл был уверен, что попал. Но попал лишь в одного.
    А бандитов упало двое. Каким бы серьезным не оказалось ранение, урок из него извлекли оба головореза, решив больше не маячить удобной мишенью и заставляя рыцаря гадать, кто из них все еще представляет опасность. Только это не было спасением, лишь попыткой выиграть время – Мерлин вот-вот должен был оказаться рядом, и тогда наезднику останется лишь застрелить первого, кто двинется, либо сразу выпустить по пуле в каждого, чтобы знать наверняка.
    На колени, если жизнь дорога! И оружие в сторону! – приказал вместо этого храмовник, подъезжая к двум распростершимся разбойникам. Это была потеря еще одного драгоценного мгновения, но Мелвиллу не улыбалась перспектива устраивать расправу над безоружным и лежащим врагом.



    ГМ:
    Пока пограничные стражи сдерживали натиск накативших с их стороны врагов, крыло из трёх бандитов развернулось в сторону убегающей повозки, что бы схлестнуться с устремившимся к ним рыцарем лицом к лицу. На их худощавых лицах сиял хищный оскал, когда они звучно спускали тетиву своих арбалетов. Три чёрных болта со свистом рассекли воздух между стрелками и всадником, но не один из них не достиг цели. Наконечники стрел с треском заискрились, поглощаемые жадным пламенем и угольной пылью осели на траву перед не сбавляющим шаг конём Хранителя.
    -Колдун! Проклятый колдун! – взвизгнул наиболее удалённый от своих товарищей разбойник, когда осознал, что хозяин огня идёт по его голову. Слово «колдун» разнеслось над полем брани, заставляя каждого злодея вздрогнуть. Недолго думая, бандит бросился наутёк, тщетно надеясь успеть забиться под повозку до того, как его настигнет гибельный меч или окованные сталью копыта.

    Но не меч и не копыта стали причиной его смерти. Шестёрка Серого Братства почти достиг спасительного укрытия, торопясь из всех своих сил, задыхаясь от паники и страха, когда свинцовый шар навылет пробил тугую плоть его горла. Выстрел всадника был точен и смертоносен. Какие-то жалкие секунды бандит ещё цеплялся за жизнь, протягивая слабеющие руки к парализованным страхом пассажирам повозки, прежде чем окончательно обмякнуть и упасть лицом в сырую от его крови землю.
    Союзники шестёрки, на мгновение застывшие в нерешительности, со всей мочи припустили в поле, надеясь, что всадник найдёт более заманчивые цели, пока они проделают путь к незащищённой, как им казалось, повозке драконессы. Но всадник в очередной раз продемонстрировал невероятное мастерство, вытягивая ружьё в сторону хитрой парочки. Только один успел прыгнуть на землю, когда грохот выстрела раздался вновь. Его напарник рухнул рядом с ним, с широкими от удивления глазами, которые уже покидали последние искры жизни. Из его пробитого насквозь черепа обильно сочилась тёмная густая жижа. Выживший шестёрка с ужасом обнаружил на своём лице кровь товарища, про себя тихо радуясь, что эта участь выпала не ему…



    Нам не не доступна страсть молитвы.
    Нами забыта ярость битвы и отваги свет.
    Только осталось бремя надежды.
    или ее тоже нет?

     
    zlobnii4elДата: Среда, 15 Августа 18, 18.58 | Сообщение # 51
    Колдун
    Группа: Следопыты
    Сообщений: 59
    Награды: 0
    Репутация: 0
    Статус: Offline
    Умиротворенное наблюдение за творчеством храмовника было потревожено оглушительным чихом, от громкости которого драконесса шуганулась в сторону, а затем последовавшим резким толчком повозки, перешедшим в дикие, неистовые скачки по неровной дороге. Кассиора была очень испугана, и от неожиданности происходящего, а также от ощущения потери равновесия, вскочила на четыре лапы и вонзила свои острые драконьи когти наполовину длины в деревянный пол повозки, чтобы на нем удержаться. Она ошарашенным взглядом бегала по мельтешащим, прыгающим деревьям и полям. Са… Сальвадор! Что происходит? – испуганно вскрикнула драконесса, еле удерживаясь на своей платформе хвостом вперед.
    Ее внимание привлекли крики, которые доносились из лесов и полей. Озираясь по сторонам, она обнаружила целый отряд разбойников, которые преследовали караван. Но их целью были не те два фургона – а именно та повозка, в которой находилась она. Это осознание ударило по ней волной страха и некой животной решимости. Готовности бежать сломя голову, или рвать на куски, если преследователи загонят в угол.
    Выстрелы из арбалетов, стрельба из ружей, все это ужасно пугало ее, расшатывая последнюю надежду не поддаться панике. Казалось, еще один чих – и она будет готова взбеситься, убежать прочь, или устроить кровавую резню. Ей было сложно противостоять собственным инстинктам.
    Ее зрачки сузились до тоненьких щелочек, и выражали уже не невинную чистоту, а испуг, хищную природу. Бешеным взглядом она зацепилась за нечто вдалеке – это был взлетающий дракон. Благодаря своему зрению, ей удалось рассмотреть его в мелочах даже на таком огромном расстоянии. Его расцветка казалась ей очень знакомой.
    Алистер?..




    Алистер с обидой и болью фыркнул и опустил голову, услышав отвратительный ему смех ассасинов. Но тут же он был слегка испуган неожиданностью, с которой поступила весть о том, что нападение начинается. Что? Как? Уже?! – в панике проносилось в голове у юного дракона – Что… что же делать?! Спокойно… я еще могу что-нибудь придумать! Алистер, боясь отстать от разбойников, преследующих караван, приготовился взмыть в небо. С высоты лучше всего было оценить обстановку.
    Тех, кто защищал повозку, было немного. Казалось, что орда головорезов вот-вот нашинкует всех, кто там находится, когда до них доберется. Тем более, что большая часть каравана спасала свои жизни, убегая в других направлениях. Алистер был в растерянности. Ему хотелось лишь одного – чтобы Кассиора пережила это столкновение, не попала в лапы этих мерзких бандитов. Но он не знал, что ему делать. Страх сковал его тело – страх за Кассиору, страх перед отцом, внушенный ему с самого раннего детства, страх перед шестерками, которые вполне могли бы сами с ним без труда расправиться, несмотря даже на прочную чешую. Но услышав выстрелы, и увидев с высоты того, кто их произвел – единственным решением, которое пришло ему в голову, было блокировать стрелку обзор. Ведь и сам Алистер мог стать отличной целью для стрельбы, а погибать пока ему тоже совсем не хотелось.
    Дракон набрал воздуха в свои легкие, и мощно выдохнул вместе с массивным, концентрированным сгустком черно-фиолетового дыма, который устремился в сторону около дороги, туда, где стоял рыцарь с ружьем. Врезавшись в землю, сгусток стал стремительно расширяться, заполоняя все очень густым, черным туманом, за которым практически ничего не было видно [Пелена тени]. Облако с головой накрыло и стрелка, и громилу, несущегося к нему, и даже пару лазутчиков, которые притаились в высоких травах, а также сумело перекрыть дорогу.
    ГМ:

    И Кассиора, и Алистер, молодые представители дальнозорких правителей небес, видели одну картину ,слышали одни запахи, разделяли одни крики. Визг женщин, лязг метала, бранная бравада мужиков. Погонщик первого фургона, едва только сорвались с тетивы первые болты, уже стегал паникующих лошадей, что есть мочи, вкладываю в удары всю ту силу, которую его пассажиры тратили на ругань и вопли. Циркачи не собирались умирать здесь. Те, кто был шустрее, уже бежали прочь самоходом, дальше от битвы, дальше от остальных.
    Острый глаз дракона подмечал любые детали. Взгляд Кассиоры зацепился за примечательную фигуру циркового силача. Бледная груда мышц, чья голова едва угадывалась на полушариях огромных плеч, размашистыми шагами неслась по направлению к замершему над ещё живым бандитом Хранителю и в руках его драконесса рассмотрела неприличных размеров топор с позеленевшим от окиси оголовьем, который гигант, однако, всё равно умудрялся сжимать одной рукой.
    Алистер в то же время заинтересовался чернобородым гномом, правящем третьей повозкой. В отличии от отчаянного извозчика из первого фургона, тот сохранял предельное спокойствие, заставил лошадей смирно терпеть творящийся вокруг хаос, под собственное недовольное бурчание копаясь в мешковине навеса. Однако он тут же потерял к нему интерес, ища для себя более приоритетную цель.

    Все это за считанные секунды накрылось пеленой тумана. Но прежде, чем уйти за теневую завесу, громила обратил на себя пристальное внимание Кассиоры. Интуиция подсказывала ей, что идет он к рыцарю с совсем не благими намерениями – то читалось на выражении его морды. – Мелвилл, берегись! – крикнула она в сторону скрытого в дыму мечника, пытаясь предостеречь его – на него ли, или на бандита, которого он прижал к земле, шел этот здоровяк, осторожность при нахождении рядом с ним всяко бы не помешала.
    Она была рада появлению Алистера – они когда-то были неплохими друзьями и часто общались. До тех пор, пока он не перестал выходить на связь по неведомым обстоятельствам. Но ей были непонятны его действия. Он летел, и… он прикрывал этих разбойников? Циркачей? Укрывал их пеленой, чтобы Мелвилл не мог стрелять и ориентироваться в пространстве? Зачем? Он... что он делает? – с удивлением подумала она про себя.
    Тем временем, дрожа от страха, с колотящимся от волнения сердцем, Алистер продолжал парить над полем брани. Его вновь сковали сомнения, а паника набирала свои обороты. Его лапы холодели, а голова так не вовремя была забита роем тревожных мыслей и кучей очень мрачных вариантов развития событий.
    ГМ:
    Его слуха достигли крики всадников под ним. Если бы не драконий слух, он никогда бы не расслышал ничего сквозь встречного ветра. –Повозка! Останови её! Не дай ей уйти! - во всё горло вопил ему Ворн, задрав голову и размахивая мечом в сторону убегающей повозки Кассиоры – Сделай же что ни будь! Дракон ты или кто?! У кого из нас двоих крылья?!

    Этот крик был столь неожиданным для него, что сам того не желая, рефлекторно он дернулся и стал выполнять его поручение. Ничего умнее, чем спикировать на повозку, он в этот миг придумать не мог. Он сложил свои крылья и клином с огромной скоростью направился в сторону повозки, намереваясь схватить кучера, аккуратно сбросить его в сторону от дороги, чтобы того не затоптали лошади, а затем... придумать еще что-нибудь из тех вариантов, что бешено крутились у него в голове. Например, после этого он мог поговорить с Кассиорой на остановленной телеге. Это казалось ему хорошей идеей…
    - Алистер, что… что ты делаешь?.. – непонимающе проговорила драконесса, глядя на его действия. Она не могла поверить в происходящее. Увидев, что он несется прямо на повозку, и не собирается останавливаться, будучи в остолбенении она нашла в себе силы лишь крикнуть: - Сальвадор, СЗАДИ! – и пригнулась сама, чтобы избежать столкновения с ним.

    ГМ:



    Подобно хищной птице Алистер устремился вниз, к повозке, которой правил Сальвадор. Безумная тряска, отсутствие опыта и отчаянная попытка удержать на ходу разваливающуюся от насильственного ралли повозку требовали от него неимоверной концентрации. Он не видел беды, что падала с неба. Истерический крик акробатки Амелии и звонкое предупреждение испуганной Кассиоры вырвало зверолюда из чертогов сосредоточения ровно в тот момент, когда когти белого дракона сомкнулись на его предплечьях. Звериная боль пробила живую руку, жалобно заскрежетал металл искусственной. Сальвадор ощутил, как взлетает с насиженного места. Адреналин ударил ему в виски, когда воспалившийся рассудок принялся искать выход в этой безумной круговерти. Со всей своей силой могучий волк попытался вырваться из железной хватки, взлетели искры и капли крови. Когти крылатого прочертили борозды на металлической руке, но не сумели её удержать. И тогда Сальвадор извернулся всей мощью, пытаясь достать дерзкую рептилию своей латной перчаткой. И в тот же момент он освободился – дракон его попросту отпустил. Импульс развернул Сальвадора в воздухе, он устремился обратно к земле, вместо этого вернувшись на повозку. Воздух успел пронзить крик Кассиоры единовременно с визгом акробатки, на которую обрушился волк. Магический импульс пронзил древесину, что моментально лопнула в щепки. Повозка буквально взорвалась, с грохотом и пылью взлетев на воздух. С безумным ржанием кони рассыпались по полю и бежали прочь от сражения двуногих и крылатых. Сальвадор и Амелия оказались погребены под обломками, тогда как Кассиора прокатилась по земле, неприятно раня перепонки левого крыла, но в остальном отделавшись лишь лёгкой контузией. Алистер же завис в воздухе, совершенно невредимый. Пышущий магией кулак Сальвадора пронёсся в считанных сантиметрах от морды крылатой рептилии, но так и не сумел его коснуться. В его ушах остался один лишь рокот разрывающейся древесины и мысль, что это всё учинил он.


    Кассиора была полностью ошарашена происходящим. – А-а-ай!… – сдавленно простонала она, почувствовав тупую пульсирующую боль в крыльях, отойдя от оглушения, и увидела разворачивающегося в полете Алистера. В ее голове был ком мыслей и непонимания, но в один момент пришло осознание, расставившее все по своим местам. ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! – гневно взвизгнула драконесса, обращаясь к Алистеру, и тут же ринулась к обломкам, пытаясь разгрести их своими лапами и освободить Сальвадора и Амелию. Что… что происходит… зачем он это делает? Кассиору захлестнула ужасная обида. Они под обломками… нужно вытащить их!

    - Идиот, идиот, идиот, ИДИОТ! – проговаривал про себя Алистер, посыпая голову пеплом и совершая воздушные маневры. Это была ужасная затея, просто ужасная… и зачем я пошел у них на поводу? Испугался? Жалкий трус! Ничтожество! Ох, что же теперь будет… Алистер был в полнейшем смятении. Теперь не только страх, но и ужасный стыд наполнял своей горечью его юную душу. Сложно было даже представить ситуацию более неловкую, чем эта. Лишь одна мысль отвлекла его от терзаний: Она… она ранена? Ей нужна помощь! – и он тут же метнулся к ней, разбирающей обломки.
    - Кассиора! Ты в порядке? – спросил ее при приземлении Алистер.
    В порядке? Ты спятил? Ты нас чуть не убил! О чем ты думал?! – вспылила Кассиора, встретив его злобным оскалом и периодически шипя от боли.
    Я… я… – растерянно заикался дракон, явно не ожидавший такой реакции – Я хотел помочь…
    Помочь отправиться на тот свет? Ай… Спасибо, не надо нам такой помощи! Не находя слов для ответа, сгорая от стыда и виновато отводя взгляд, он, с виноватым и робким, но решительным голосом решает предупредить ее об опасности:
    Кассиора! Тебе нужно бежать отсюда, бежать как можно скорее! Ты в опасности! Тебя хотят убить!
    Я уж вижу! – скептично и обреченно огрызнулась она, будучи прекрасно осведомленной о том, что за ней идет погоня. Но оставить своих союзников она не могла. – Сальвадор и Амелия под обломками! Между прочим, по твоей вине! Я не могу оставить их здесь. Помоги мне разобрать их, или убирайся! Тебя эти головорезы тоже по головке не погладят. Юная драконесса из своей детской наивности даже не подозревала о том, на чьей стороне он находился.
    Э-э-э… – растерялся Алистер, понимая, что если он поможет Сальвадору выбраться, то его настигнет справедливая кара от старого волка, которого он только что сбросил с небес на землю и, должно быть, очень сильно разозлил, да так, что простыми извинениями тут уже не отделаешься. Но ощутив на себе строгий взгляд Кассиоры, он принялся вместе с ней спешно разбирать обломки, понимая, что сейчас получит ответный удар. Внутри него вновь все сжалось, а кончики лап покалывали незримые иглы, так и подстегивающие его дать деру, чуть что не так, и не дающие сидеть на месте.




    Сообщение отредактировал zlobnii4el - Среда, 15 Августа 18, 20.02
     
    МистДата: Четверг, 16 Августа 18, 21.48 | Сообщение # 52
    Маг
    Группа: Чтецы
    Сообщений: 131
    Награды: 4
    Репутация: 3
    Статус: Offline
    Продолжающийся гул в голове стал рассеиваться вместе с тянущей болью в плече.
    -Ублюдок... Этот ублюдок ещё распинается...
    Определив наконец местоположение неба и земли волк не торопился с подъемом. Он наконец смог коснуться земли и проанализировать окружение вокруг.
    Сложно было определить кто друг а кто враг, но было очевидно что участников было намного больше чем насчитывал цирк.
    -И вооружены всяко лучше.. Надеюсь мечник действительно так силен как о нем отзывались... Черт бы это всё побрал, надо уводить кого можно.
    Металлической руке нипочем деревянные доски и железные стяжки повозки, а потому волк с относительной легкостью стал выбираться из созданных им же обломков.
    Наконец высвободившись он стал потирать левую руку. Было странно видеть от него подобный жест при том что именно в правом плече зиял след от примененных когтей.
    -От тебя даже отсюда несет немытыми людьми, "друг", дай мне хотя бы один повод не вкопать тебя в землю... Кассиора, помоги девушке, я обещаю, что не убью этого дракона. Даже если он мне нагло соврет.
    Волк как будто специально даже не поправлял мушкет для боевой изготовки, даже если бы он захотел его взять - у Алистера было бы время контратаковать и не дать его взвести.
    Для того чтобы определить ложь даже не надо было разбирать тон или мимику дракона. Сейчас все факты были налицо - понимал это дракон побольше или нет. Сальвадор нетерпеливо оскалился вцепившись в левую руку правой.
    -Молчание говорит красноречивее слов, так что не медли - если ты пришел убивать, то я здесь чтобы спасать жизни - и даже чертов дракон не станет мне препятствием.
     
    Mad_HatterДата: Понедельник, 20 Августа 18, 16.19 | Сообщение # 53
    Магистр
    Группа: Хранители
    Сообщений: 205
    Награды: 2
    Репутация: 33
    Статус: Offline
    ГМ:

    Солнечный диск уже коснулся крон леса. Ветер метал пыль и обрывки цветастой ткани – обрывки настилов фургонов. На его волнах катились крики. Он уносил раскатистые выстрелы. Скоро вечер уступит место сумеркам, ну а пока…

    Акробатка решила, что с неё хватит. Скачки покрыли её синяками, обломки – порезами. Она сорвала голос, когда точку в их безумном родео поставил дракон, попытавшийся раскатать мохнатого извозчика о его собственную повозку с ней на борту. С неё хватит. В глазах Амелии всё ещё сверкали радужные круги, обзор перекрывали грязные спутавшиеся локоны чёрных волос, а затылок изнывал вместе с истерзанной спиной после жесткой посадки. Но спину зверолюда акробатка видела трезво. Блеснули кинжалы, извлечённые из под изорванной юбки, оголившей бёдра. Вытянувшись подобно дикой кошке, коварная злодейка рьяно устремилась к Сальвадору, выцеливая остриём широких лезвий рёбра зверя. Она кричала в ярости, но сорванный голос раскошелился на один гортанный хрип.


    Волк не должен был ожидать удара. Не должен был, но ожидал. Стремительным движением Сальвадор отвёл удар исказившейся в лице Амелии и в ту же секунду в лицо незадачливой акробатке плюнула струя серо-зелёного смрадного дыма. Женщина должна пахнуть хорошо.

    Амелия отлетела назад, словно ужаленная – молниеносное отступление выдавало в ней опытного бойца. Её кисти ныли после удара, один из кинжалов затерялся в траве. Лёгкая контузия сменилась полной дезориентацией, обожжённой носоглоткой и слезящимися глазами. Бандитка размахивала коротким клинком перед собой, не то пытаясь отогнать невидимого врага, не то просто развеять дым. Через секунду она согнулась в спазматическом кашле, орошая округу слюной.
    -Чего… ты стои… стоишь?.. – давилась она сквозь кашель и хрип едва членораздельными словами – …Да… да сдела...й … что ни будь! Убей её! – последние свои слова пробились на отчаянный крик, обращённые непонятно к кому.

    ///





    Самоуверенный мечник добровольно бросил себя в гущу событий. Туда, где крики, брань и ржание испуганных животных смешались в один неутихающий гвалт. Поверженный враг взирал на него с ужасом и покорностью, готовый покаяться во всём и отдать всё, лишь бы только остаться в живых. Но сколь бы не были остры клинки Мелвилла, сколь небыли бы точны пули, всегда сложно быть готовым ко всему.

    Мелвилл заметил дракона уже на подлёте. Белый крылатый змей парил высоко над полем боя, но задаваться вопросами он Хранителю не позволил. Зубастая пасть изрыгнула в мир нечто чуждое и одновременно очень родное смертным реальностям – Тень. Шар чёрной зыбкой материи падал на землю бесшумно, но стремительно, и едва он коснулся её, безлунная ночь поглотила округу. Чернильно-чёрное облако мрака стелилось по траве и дороге, по людям, по небу, поглощая и свет, и звук. Хранителя окатила волна ледяного воздуха, когда Тень укрыла его. Все чувства одновременно дали сбой, но лишь на доли секунды. Это была опасная и могучая магия для всякого существа в этом мире, но Хранитель себя к ним не причислял. Его острые чувства пронзали поражённое колдовством пространство, давая понять – это лишь низкоуровневая техника, не призванная нанести значительного вреда, но использованная с максимумом возможной эффективности. Бедолагам же, тем, что слабы духом, оказавшимся внутри этой колдовской темноты, мерещились шепоты и потусторонний вой жутчайших тварей – порождения их собственных кошмаров, воплотившихся в угольном тумане. Отражения страхов в самой сущности Тени. И, как на зло, враги мечника не оказались малодушными. Со свистом в плоть Мерлина вошёл острый стилет, поднимая коня на дыбы. Очевидно, хитрый шестёрка воспользовался ситуацией, что бы ускользнуть сквозь железную хватку всадника, и только было Мелвилл собрался его проучить, как его внимания потребовало спасение собственной шкуры. Мясистая туша врезалась в бок его охрипшему от боли коню с силой целой когорты щитоносцев и Мелвилл почувствовал, как испуганный Мерлин оторвался от земли. Подпрыгнув в стременах, мечник оттолкнулся от седла, собравшись в воздухе, как только позволял стремительный кругопляс событий. Он встретился с землёй через мгновение, прокатившись вниз по насыпи тракта, вылетая из тумана с парой ссадин и ноющим плечом. Теперь он обнаружил, что ружьё осталось где-то там, за завесой мрака. А вот коня ему оставить не позволили. С диким ржанием Мерлин выкатился следом, а из его шеи торчал вогнанный в мышцы на две ладони топор. Брыкающееся животное переступал цирковой верзила, в глазах которого горело лишь иступлённая жажда крови.

    -Колду-у-ун! – громогласно взвыл он, сдирая с себя рубаху и выдирая топор вместе с ошмётками мяса из шеи уже замершего коня. Его тупая харя улыбалась, когда он выступал вперёд – Я видел, как ты смотрел не неё! Я видел! Я тебя порву и сожру! И дымок тебя не спасёт! Она моя! Моя! – рычал он сквозь оскал, когда его глаза наливались кровью, ноги несли его вперёд, а руки заносили секиру для нового удара.

    ///

    Откуда-то из дыма донёсся звук выстрела и на секунду в дыму мелькнул огненный след. Жалобно взвыл конь, с хрипом рухнул всадник , торжествующе взвопили шестёрки, добивающие последнего из стражей каравана. Циркачи уходили – и пусть! Не за ними охота велась!

    Клич не смолкал, лишь нарастал. Вытягивая из Тени щупальца дыма, подобно демону с огненной гривой из облака ночи вылетал Ворн Рыжий со свитой. Его красноглазый вороной не убоялся дыма и смело пронзил его, послушный хозяину во всём. Осмелели и шестёрки, что следовали за ним. Их облако ничуть не задержало. Всадники вылетели в поле, оставляя за собой шлейф черноты – обрывки магии Алистера – с улюлюканьем погоняя лошадей в сторону драконов, зверолюда и акробатки. Убийцы Пиковой Масти окружили компанию неистовым неровным хороводом. Оскал и кровавый задор в их глазах делал их похожими на хищных птиц

    -Лепота! Лепота! – вопил Ворн во всю глотку, замахивая мечом – Молодчина, Белёсый! Твой папаша тебя непременно похвалит! –всадники не забавляли галопа, лишь жутко смеялись и непонятно было, смех это, или тяжелое ржание коней.

    Ну! Довершай! – продолжал скалиться Ворн, указывая мечом на зверолюда – Иль отец волосатого тоже живьём получить вознамерен?! – хохотал рыжий всадник. Хохотали они все, даже полуслепая Амелия, уже празднуя победу.

    Сквозь завесу проникали остальные Пики, осторожно наступая вслед за буйным циркачом. Охотники загнали желанную добычу. Так они полагали.


    When those eyes in the mirror stare back at me
    I’m reminded that the ghost of pride is clear to see.


    Сообщение отредактировал Mad_Hatter - Понедельник, 20 Августа 18, 18.44
     
    АнкалагонДата: Понедельник, 20 Августа 18, 22.31 | Сообщение # 54
    Услышь мой рёв!
    Группа: Летописцы
    Сообщений: 1608
    Награды: 4
    Репутация: 17
    Статус: Offline
    Шум битвы пронзил тонкий шелестящий свист, какие могли издавать лишь чешуйчатые крылья, сложенные для пике. Только двое во всём караване могли так хорошо его ощутить, прочувствовать, чтобы ещё до взгляда вверх понять – в небе появился их сородич. И это было сродни разразившейся посреди пустыни грозы: Мелвилл не сумел не поднять головы и не уставиться на приближающегося дракона, гадая, откуда он здесь взялся и что ему тут вообще понадобилось.
    Кассиора ему тут понадобилась, – сразу дошло до него, стоило только увидеть направление его полёта. Этот дракон был очень молод, даже невелик – больше похож на подростка, чем взрослого самца. Он был явно не из родителей их подопечной. Быть может, какой-нибудь посыльный их дома, отыскивающий следы пропавших драконов? Или из младших членов клана, судя по сверкнувшим на груди украшениям?
    Эмплада хотел махнуть ему клинком, указывая, что здесь справится сам, и чтобы крылатый мчался к Кассиоре, но пришелец вдруг без всяких предисловий выплюнул из пасти дымчатую сферу, с густым шлейфом помчавшуюся к ногам Мерлина. Мелвилл рефлекторно перевёл на шар ружьё и выстрелил, стараясь заставить его детонировать как можно дальше от себя, но какой бы эффект это не вызвало, пуля не помешала снаряду изрыгнуть во все стороны клубы стремительно распространяющегося чёрного дыма.

    Слюнявый ты крокодил! – выругался мечник, проклиная твердолобую прямолинейность гостя, свойственного их роду, когда оказался поглощённый щупальцами оглушающе плотной завесы. Похоже, чешуйчатый остолоп решил не разбираться, что происходит, а просто зачистить всё вокруг от нелетающих созданий, чтобы наверняка обезопасить Кассиору. Как похоже на дракона в таком незрелом возрасте! Глупца было необходимо поскорее осадить, пока он не натворил ещё больших проблем. А как бы хотелось надеяться на то, что тот просто хотел прикрыть дымовой завесой прорывающийся караван, только немного сплоховал!
    Сканирование! – немедленно приказал Мелвилл браслету, заставляя того отозваться слабым миганием алмаза [Браслет Талион: сканирование]. Артефакт немедля раскинул нити тонкого колдовства, столь лёгкие и невесомые, что они колебались от любого присутствия энергии, легко вкручиваясь в любые эфирные завихрения. Чернота заливала глаза, отрезая мир на отдалении метра от лица, но хранитель всё равно мог чувствовать присутствие и положение каждого на этом поле брани. Пусть они обратились в сгустки энергии для его чутья, но он всё равно мог их различить – кого-то по ауре страха и замешательства, кого-то по огню алчной злобы на грани вожделения, кого по азарту наживы и крови. И один из таких сгустков оказался слишком, слишком близко – настолько, что не потребовалось бы никакой магии, чтобы рассмотреть кривой оскал смешанного страха и мстительной жажды убийства. Если бы только мечник смотрел в нужную сторону.

    Слишком поздно! За промах, недостойный сына клана Эмплады и первого рыцаря Серебряной Когорты, немедленная расплата обрушилась на грудь верного Мерлина. Потрясённый резким холодом чужеродного тумана, гнедой совсем взбесился от последовавшей за ним боли, встав на дыбы и молотя копытами по незадачливому убийце, причинившего ему острую муку. И следом – толчок, удар живого тарана, сбивающего неустойчивого коня на бок: его всадник уже не успевал отреагировать и достать клинком сразу двух врагов, но он вовремя выдернул ноги из стремян, скатываясь с седла до того, как Мерлин опрокинулся бы на него и переломал кости.
    Приземление оказалось не таким удачным, как хотелось: под колено подвернулся камень с острой вершинкой, своим ребром ударившего прямо в нерв правого колена. Вся нога вспыхнула от разряда электрической боли, пронзая мышцы десятью тысячами клинков и отнимая всю чувствительность. Винтовка улетела куда-то в траву, проглоченная ненасытной чернотой. С трудом управляя ватной ногой, Мелвилл не успел быстро вскочить, даже заметив резко закружившиеся кочки тумана. Перед ним выпрыгнул головорез, которому предлагали жизнь за сдачу – с рассечённой бровью, он с хриплым ругательством ткнул в лицо мечника укороченной спатой: хранитель бросил тело в сторону, перекатываясь через труп его товарища, неуклюже поднимаясь на ноги и отмахиваясь Беллатором снизу вверх. Плечо в ответ отозвалось тупой болью, снизив скорость и силу удара, намекая, что колено стало не единственной ценой жёсткого спешивания. И этого хватило для неудачи: убийца с трудом, но успел отреагировать, в последний миг отклонившись от вспоровшего мрак острия. Его глаз заливала кровь, и он морщился, когда поднял свободную руку, чтобы стереть кровь. Решив больше не испытывать судьбу, нападавший отступил назад, прячась во мгле прежде, чем лезвие Беллатора подарило бы ему судьбу неудачливых компаньонов по шайке.
    Тяжёлый свист чего-то металлического, массивного над ухом. Хранителю не дали броситься ни за соперником, ни к Мерлину. Удар сзади и справа заставил его выставить свой двуручник в блок, всю массу удара принимая на свою ватную ногу: взорвавшись новой порцией зудящей боли, она бесчувственно подкосилась, и Мелвилл вновь опрокинулся на спину, парируя удар выпадом в грудь верзиле и прочерчивая на груди тонкую неглубокую багряную полосу.
    Придурок, ты совсем скудоумный? Там твой цирк потрошат налётчики! – заорал в ответ меченосец, надеясь, что боль от длинного пореза на рёбрах охладит закипевший котелок детины. Но несчастный, похоже, просто спятил от шока – выпученные глаза и едва ли не пена на губах были столь убедительны в этом, что даже с помощью браслета было нельзя отыскать следов подыгрывания нападавшим. Но, контратака отбросила детину, позволяя Эмпладе вновь оказаться на ногах.

    Именем всех Духов! Больше всего им не хватало только идиота, у которого вместо мозгов в голове были цирковые гантели. Неукротимый великан снова бросался в атаку, занося топор над головой и открываясь для встречного удара. Неподалёку лежал Мерлин, смертельно раненный этим тупоголовым безрогим минотавром. Где-то вдалеке за Кассиорой мчались конные разбойники, явно не собиравшиеся уговаривать её мирно сдаться и слишком многочисленные для ворчливого волка. Времени на переговоры не оставалось совсем… но не убивать же ему этого душевнобольного? – Парад дурачья, чтоб вас Катагома забрал! – в ярости выругался про себя меченосец, напрягая ватную ногу в попытках скорее вернуть себе чувствительность.
    Удар секиры столкнулся со встречным взмахом Беллатора от земли: орихалковый клинок зло звякнул, со снопом искр оставляя глубокую зарубку на топоре, и едва не вырвал его из рук циркача. Лезвие меча взлетело, продолжая своё движение, заложило петлю и обрушилось вниз, рассекая кожу ревнивца от плеча до бедра, наискось, в этот раз оставляя заметно более глубокую, но ещё не смертельную царапину. Следом в грудь обрушился удар ботинка, отбрасывая силача на несколько шагов назад: тот взвыл, шатаясь и стараясь не завалиться назад, но не смог полностью справиться с болью и ударами, рухнув на колени и опираясь топорищем в землю. Первая пара болтов вспорола воздух, пробивая лоскут рубахи на пояснице циркача и звякнув о широкую гарду меча: отставшие головорезы спешили на помощь, совершенно не оставляя Мелвиллу времени на усмирение безумца. В десяти метрах умирал обездвиженный гнедой, оставляя на своё спасение меньше минуты. Но детина всё не унимался, со стоном поднимаясь при помощи топора, желая отнять последние секунды в этой чудовищной нехватке времени. Желая лишить рыцаря Ацнага последнего выбора. Желая заставить его пробудить Беллатор. Смести одним взмахом всех, кто врывался в чёрные клубы дыма: верзилу и тех двоих, что вышли из боя с патрульными всадниками. Кто-то из их числа всё ещё блуждал в колдовском тумане, но не пройдёт много времени, прежде чем и они найдут путь наружу.
    Не сейчас! – мелькнула яростная мысль. – Иначе вспугну охотника!
    У меня нет времени на тебя, глупец. Не бросишь оружие – умрёшь, – холодно бросил Мелвилл, подняв меч над головой в стойку «удара сокола». Лезвие готово было рубить: дерево топорища, металл лезвие или шею непокорного атлета – и времени у того оставалось ровно до тех пор, пока энергетические точки бандитов, отслеживаемые сканером браслета, не достигнут слишком близкого и опасного расстояния. В третий раз никакой подкравшейся неожиданности уже не будет.




    Нам не не доступна страсть молитвы.
    Нами забыта ярость битвы и отваги свет.
    Только осталось бремя надежды.
    или ее тоже нет?

     
    zlobnii4elДата: Вторник, 21 Августа 18, 23.02 | Сообщение # 55
    Колдун
    Группа: Следопыты
    Сообщений: 59
    Награды: 0
    Репутация: 0
    Статус: Offline
    Алистер подпрыгнул на месте от испуга, когда вервольф с неожиданной легкостью выбрался из-под обломков – такой же неожиданной, как когда он одним ударом обратил повозку в щепки. Он ощутил на себе его суровый, гневный взгляд, и ответил лишь боязливым молчанием. В его глазах читался испуг и страх, но никак не агрессия – он совсем не хотел причинять вреда этому извозчику, а тот маневр с пике был просто очень досадным, опрометчивым решением остановить повозку. Помимо того, что его грозный вид уже вселял в дракона трепет, несмотря пусть даже на меньшие размеры. Можно было услышать, как юный дракон, затаив дыхание, тяжело сглатывает.
    Молчание говорит красноречивее слов, так что не медли - если ты пришел убивать, то я здесь чтобы спасать жизни - и даже чертов дракон не станет мне препятствием.
    - Э… нет-нет, я… – робко промолвил он, но его отвлек выпад акробатки в сторону старого волка. Он не успел никак отреагировать на это, однако теперь ему казалось, будто даже среди сброда циркачей собрались все те, кто хотели убить Кассиору. Это вгоняло его в отчаяние.
    Сама же Кассиора также не ожидала такого поступка от нее, из-за чего вновь была сильно напугана. Услышав слова ослепленной женщины, Кассиора была удивлена. – О чем это она? – непонимающе спросила драконесса и стала спешно оглядываться по сторонам, но не обнаружила рядом никого, кто мог бы напасть. Алистер же прекрасно понимал, к кому она обращалась, и был даже немного рад тому, что это оказался он, а не убийца, который мог бы быть на его месте.
    Нам пора уходить! Скорее! – спешно воскликнул Алистер, чуть отойдя от шока, но было уже поздно. Всадники уже успели разорвать расстояние и примчаться сюда, окружив кольцом всю команду. Ледяной хваткой ужас осознания всей ситуации сковал их обоих. Кассиора была на грани срыва. Страх в ее глазах сменялся агрессией.
    -Лепота! Лепота! Молодчина, Белёсый! Твой папаша тебя непременно похвалит! Ну! Довершай! Иль отец волосатого тоже живьём получить вознамерен?!
    - Что… Алистер, что это значит? – недоуменно спросила Кассиора, осознавая происходящее – Это ты их привел? – продолжила она с горечью и печалью. Ее сердце наполнилось горькой обидой.
    - Нет, нет! Я все объясню!.. – пытался оправдаться он, но слышал лишь чудовищный смех бандитов и видел печальный, разочарованный взгляд драконессы.
    - Кончай придуриваться! Убей его! – задорно слышалось из толпы.
    Алистера разрывали изнутри чувства стыда за то, что он был вынужден примкнуть к головорезам и помогать им, идти у них на поводу, страха быть растерзанным ими или же собственным отцом за малейшее непослушание, и нежелания убивать, нежелания лишать жизни невинных и, в особенности, столь дорогую ему Кассиору. Все это время его сжирала совесть за его отчаянье, слабость, нерешительность противостоять навязанным отцом идеалам и самой судьбе. И он подчинялся, с самого рождения, не видя иного выхода. Кроме сегодняшнего дня.
    Я не могу. – с отчаяньем в голосе ответил он, оглядывая Кассиору и Сальвадора. Я не стану этого делать. – утвердил он. Он… он слишком опасный. Он одним ударом разнес целую телегу! Я бы не стал даже приближаться к нему, на вашем месте. А драконесса владеет магией, да такой, что может обратить в пыль целый квартал! Так что лучше, может, пойдем отсюда по добру по здорову? – с наигранной боязливостью предложил дракон.
    Но в ответ он услышал лишь регот и брань:
    – Да ты издеваешься, молокосос!
    – Перед самыми воротами обделался!
    – Да убей же его, нытик! Стань же мужиком!
    Ворн гневно сощурил глаза, останавливая галоп своего коня и подъезжая чуть ближе к Алистеру - Последний шанс, белёсый. - цедил он сквозь зубы - Закончи, что начал, и купи своей барышне жизнь, или беги прочь, коли шкура твоя тебе дорога - рыжий всадник в сердцах сплюнул под ноги коню - Решайся. - с холодной ненавистью говорил он - Убей.
    Ассасины очень хитро воспользовались слабостью Алистера. Он был в растерянности: всем сердцем он желал сохранить жизнь Кассиоре, но он не хотел, даже если бы и мог, убивать Сальвадора, который был ей другом, защищал ее. Убив его, он сделает ее еще более беззащитной, и останется в ее глазах убийцей, злодеем. Но даже несмотря на моральный облик, вся его природа была против этого – против убийства ни в чем не повинного - того, кто решил сохранить ему жизнь, когда была возможность стереть его в порошок. Но всей душой он и не хотел обрекать Кассиору на гибель. Этот ультиматум заставлял его судорожно искать решение, погружаться в отчаяние и страх. Помимо осознания, что бандиты пришли сюда за одним: за убийством. И они вполне могли бы его просто обмануть, воспользоваться, потешиться над ним, и завершить начатое – убить Кассиору, несмотря на обещание. Ведь какой вес имеет слово убийц, получивших гонорар за убийство цели, никак не за ее пленение? Но решение пришло. Запуганный до крайней степени, он будто бы отчаялся, будто бы устал бояться. Страх отступил. Его место сменил гнев. Слишком долго он терпел, слишком долго им помыкали, слишком долго его вынуждали действовать против собственных интересов. И сейчас они перешли грань. Сколь бы безрассуден ни был его поступок, его не покидала уверенность и решимость. Жар наполнял грудь молодого дракона, его лапы наполнялись энергией, а дыхание учащалось, так что его яростный темп можно было слышать даже сквозь топот копыт. В глазах уже не было страха: была безрассудная злость. Никто… никто не посмеет ей угрожать!
    Что-ж… будь по вашему. – злобно проговорил Алистер для отвлечения их внимания, а затем, прикинув траекторию движения всадников, приметив одного одинокого, вдохнув, выпустил еще один дымчатый черный шар Теневой энергии, но уже прямо в центр кольца, которое образовали всадники [Пелена тени. 2 заряд]. Сумрачный туман вновь окутал округу, скрыв за собой всех, погрузив их в мрак, в котором практически невозможно ориентироваться. Всем, кроме Алистера – начинающего мага Тени, обученного этой технике, и обученного чувствовать себя в ней, как у себя дома. Воспользовавшись суматохой, он длинным прыжком тут же набросился на одного из всадников, с целью опрокинуть его скакуна, а затем – и остальных, что споткнулись бы о лежачее в темноте тело. Нужно разорвать кольцо.
    Не ожидавший нападения, напуганный внезапно наступившей темнотой, конь тут же был опрокинут на землю и ранен в бок драконьими когтями. Всадник упал вместе с ним, и уже был не в состоянии подняться, равно как и скакун – они легли на протоптанной только что копытами тропе, создавая препятствие для идущих следом коней, которые один за другим врезались в лежачее тело, падая и хороня под своим весом головорезов. Алистер же успел ловко отпрыгнуть в сторону, чтобы не стать самому препятствием на их пути. Затем он воспользовался еще одним своим магическим даром, которому научил его отец, чтобы дать сигнал жертвам нападения. Мысленная речь была одним из немногих навыков, которому он учился с удовольствием, наряду с навыками Тени, которые помогали ему буквально спрятаться от всех проблем. Ведь так здорово говорить так, чтобы никто больше не слышал твоих слов, кроме того, кому они адресованы. Бежим! Сейчас! Бежим из этого облака, пока они не знают, где мы! За огромный дуб! Доверьтесь мне! – сообщил он по мысленному каналу Кассиоре и Сальвадору, подразумевая единственное огромное дерево, которое виднелось с места крушения повозки.

    ГМ:
    Ворн подозрительно сощурил глаза - Ты что это задума… Ах ты тварь! - взревел он, разворачивая коня. Лошади всадников неистово заржали, когда чёрный дым отрезал их от всякого напоминания о свете. Отовсюду послышалась брань дезориентированных всадников.
    -Да будь ты проклят, белёсый! Белёсый?! Отзовись, белёсый! - доносился из дыма раскатистый бас рыжего наездника. В чернильном облаке было не разобрать, где небо и земля, не то что разглядеть что либо. Послышался гвалт столкновения и жалобное ржание коней: двое из всадников нашли друг друга, на полном скаку загнав коней грудью на грудь. После такого мало бы кто сумел подняться. Но словно маяк, эхом катился в дыму голос Ворна
    -Я тебя закопаю за такие выходки, крылатый, Ябифор тебя побери! - бранился он.
    -Ворн! Ворн, вытащи меня отсюда! Глен! ГЛЕН! - где то во мраке плакалась Амелия. Окончательно утратившая способность видеть, она панически озиралась по сторонам, обыскивая кинжалом окружающий мрак. Тени словно потешались над ней. Она чувствовала на себе чей то злой и холодный взгляд, от которого кровь стыла в жилах. И за спиной она услышала нарастающий вой, доносившийся из самой черноты - Ворн! Глен! - визжала акробатка, падая на колени. Казалось, свет рассудка покидал её по мере того, как чёрные краски сгущались вокруг.


    Сообщение отредактировал zlobnii4el - Вторник, 21 Августа 18, 23.09
     
    МистДата: Среда, 22 Августа 18, 11.16 | Сообщение # 56
    Маг
    Группа: Чтецы
    Сообщений: 131
    Награды: 4
    Репутация: 3
    Статус: Offline
    Совершенно неясно почему, но Сальвадор предполагал что среди циркачей должен быть информатор который сдал информацию о перевозке дракона и особенности пути по которому его повезут. Но на всякий случай он решил не применять летальных мер – всякое может прийти в голову после того как здоровенный зверолюд ломает прямо под собой повозку. Но её дальнейшие слова были красноречивее многих слов и Сальвадор в считанные секунды оказался рядом с Кассиорой.
    -Хуже лживого дракона только сумасшедший дракон…
    Обращаясь уже к Кассиоре он не отрывал взгляда от пока ещё дезориентированной акробатки и второго дракона, обнажив меч, но не взводя мушкет, оставляя левую руку свободной.
    -Ради всех богов, не делай глупостей, я уже не знаю кому здесь можно доверять…!

    Подоспевшие всадники заставили Сальвадора сместиться так чтобы одновременно до Кассиоры оставалось как можно меньше прямых линий обзора, хотя кто знает какими талантами обладали нападающие и как в итоге поступит дракон.
    И дракон поддавшись на уговоры решил действовать. И не просто действовать, а использовать заклятие прямо в сторону Сальвадора и Кассиоры. Готовясь к далеко не самому простому бою зверолюд воззвал к своим внутренним силам и выставил перед собой клинок, готовясь сражаться с любым проявлением агрессивной магии. [Ярость Волка]
    Впрочем выпущенный снаряд не был направлен прямо на оборонявшихся – но создаваемая им пелена требовала принятия мер. Проведя вертикальный взмах, [Рассечение лихой завесы] зверолюд отсёк часть проявления Высшей сущности от себя и драконессы.





    Волна энергии рассекла завесу мрака, как нож рассекает масло. Чернила магии Алистера расступились и закатное солнце вновь светило Сальвадору. И первое, что он увидел, вновь обретя зрение, был отблеск алого диска на длинном мече, красные глаза вороного коня и огонь рыжей гривы вокруг искажённого гневом лица вожака бандитов. На морде волка не успело отразиться удивление, когда затуманивающая разум боль сковала тело. Клинок рассёк плоть от основания шеи до правой лопатки, счесал косы бороды, срезал воротник камзола, что с хлёстом хлопнул, расползаясь по шву. От силы удара Сальвадора отбросило наземь. Волк чувствовал, как по спине и шее расползается уходящее из его тела тепло. Ничего не сдерживало обильного кровотечения и даже могучий воитель осознавал, в насколько дурное положение он попал. Рассечение завесы исчезало, заполняемое медленно ползущим дымом Тени. В дыму исчезал и всадник, торжествующе хохотавший и не без оснований. Сальвадор получил сильный урон и кровотечение, которое требует незамедлительного лечения. В ином случае, Сальвадор будет получать средний физический урон в ход до оказания медицинской помощи.

    Подобные ранения как ни странно были не в первой для зверолюда. Благодаря богов и проклиная дракона, благодаря которому случилась эта ситуация – Сальвадор рефлективным движением вытащил из нагрудного кармана зелье сразу же выпил его. [Настойка Целительной Силы]
    Мистическая энергия тут же разошлась по телу в значительной мере ослабляя действие полученных ран. Резко вскочив и оценив обстановку он кинулся к драконессе.
    -Ты ранена? Можешь идти? Выбираемся отсюда! – приглушенно проговорил зверолюд.
    - Хватайся за рукав, а то потеряемся!
    Так как дракон не обладает руками для подобной манипуляции вероятнее всего Кассиора просто схватилась за рукав прочного мундира зубами.
    Возможно не стоило оставлять более-менее удобную позицию для обороны, но оставаться в некой сущности, которая так влияла на хладнокровных убийц?
    Едва они выбрались из тени, она плотно закрылась вновь полностью перекрывая обзор. послышался столь нелюбимый Сальвадором магический голос – и судя по всему он принадлежал тому самому Алистеру.
    -Он не мог знать что мы сможем выбраться. – отведя Кассиору на несколько метров прочь от сгущающихся теней он с силой и чувством ударил лапой по земле, заставляя её пойти ходуном в области закрытой новообразованной Тенью. [Сотрясение Земли]


    Сообщение отредактировал Мист - Среда, 22 Августа 18, 11.16
     
    Mad_HatterДата: Суббота, 25 Августа 18, 00.26 | Сообщение # 57
    Магистр
    Группа: Хранители
    Сообщений: 205
    Награды: 2
    Репутация: 33
    Статус: Offline
    ГМ:

    Густо-желтый закат охватил пол неба. Над далёкими скальными пиками Южных Гор уже виднелись звёзды, а от их подножия к тракту тянули свои холодные пальцы перламутровые весенние сумерки. Если бы кто-то теперь посмотрел на юг с вершин Баронских Холмов, он увидел бы огненных змей, бегущих в сторону моря – сплетения безымянных рек, с отражённым в них закатным солнцем – и густой блестящий туман над ними.

    Кто бы сейчас не был впечатлён красотой пойманного момента, этот кто-то не присутствовал на том лугу при тракте, где, словно неаккуратные чёрные кляксы на чудесном пейзаже, замерли кучерявые монолиты угольных облаков Тени.

    ///

    Циркач рухнул на колени. По его могучим рукам на траву текла красная кровь, он тяжело дышал. Сжигавший его изнутри костёр холодел - его топтали усталость и страх. Над гигантом занёс свой меч палач. Тот, кто ехал рядом с его Амелией. Тот, кто смотрел на его Амелию. Его Амелию… Силач зарычал и попытался встать, упираясь рукоятью топорища в влажную от его крови землю, но мечник осадил его. Он умрёт! Он, кого называли сильнейшим человеком на этом берегу земли!

    -Нет! – тянул он сквозь субы – Это ты… ты умрёшь! – рычал он, но сила подводила его, покидала его вместе с кровью. Вместе с ней гибла бравада и в глазах гиганта, обращённых к мечнику, читалась бессильная злоба, а позже к ней присоединилась и покорность. Циркач обмяк, шатаясь на коленях. Кровь не останавливалась, всё сочилась и сочилась сквозь рану, оставленной вторым ударом мечника. Гигант зашипел – ушедший адреналин перестал прятать боль. Он тупо смотрел на окровавленную ладонь, в которой бы легко разместилась голова меченосца… Только бы дотянуться… но сил больше нет.

    -Глен!.. – имя – Глен! – имя доносил ветер. Кричала женщина.

    -Амелия… – просипел гигант, поворачивая голову. Там, не так далеко, в пространстве повисла такая же чернильная завеса, как и в паре шагов от него. Голос женщины доносился оттуда –Амелия! – уже кричал гигант. Удивительно, как уже поверженный враг способен найти в себе силы подняться, движимый одной только волей –Амелия! Я иду! – кричал во всё горло гигант. Он уже стоял в полный рост. И мечник был на его пути – С дороги! – рявкнул циркач, порываясь вперёд, не заботясь о том, как скоро клинком может быть оборванна его жизнь, пожелай того наёмник. Последнему требовалось лишь одно движение. Одним движением, он мог обезглавить циркача, располовинить его, разрубить от шеи до бёдер. Но вместо этого… Хранитель предпочёл милосердие. С воем медведя Глен устремился к нему, протягивая вперёд окровавленные пальцы, но они не коснулись опустившего клинок врага. Что-то блеснуло. В лицо богатыря ударил тёплый воздух, а за ним – холодный металл возникших из ниоткуда цепей. Он снова стоял на коленях, не в силах подняться. Он метался, вопя, так, что оковы трещали по швам – Пусти, колдун! Пусти! Амелия! – кричал циркач. Позади него беспомощно рухнули на спину две выскочившие из тумана шестёрки, скованные по рукам и ногам. В отличии от них, цепи не опрокинули гиганта – он не давал повалить себя наземь, хоть кровь струилась по заклятому железу – Амелия! Амелия! – отчаянно стенал он. И в ответ ему вторили крики замкнутой в Тени акробатки, повторявшей его имя…

    \\\

    -Да заткнись ты, дура! – раскатистым басом гаркнул Ворн, озизраясь по сторонам, словно в этом был толк – Проклятье на твою голову, крылатый, я тебя твоей же гривой вокруг сука обмотаю и исколочу, пока не почернеешь! – кричал он в смольную пустоту. – Только доберусь до тебя!
    Его меч был красным от крови – ему повезло встретить телохранителя драконессы в просвете тумана. Он должен быть уже мёртв. Дурень носил лишь камзол и шкуру, а этим меча всадника не остановить, что подтверждала чёрная жижа на клинке. Но просвет растаял в ночи чар и жеребец Семёрки вертелся на месте, красными глазами пытаясь уловить хоть какой-то проблеск окружающего мира. По крайней мере визгливая акробатка не позволяла на себя налететь своим криком, а брань и недовольное ржание позволяли угадать, где столкнулись друг с другом шестёрки.

    -Ищите выход, собаки, это же просто туман! Хуже дымовой шашки! – кроме неестественного холода, Ворн не чувствовал ничего иного и дышал полной грудью. Невдомёк ему было, какие такие тени пугали его подчинённых, слишком сильна была его воля.
    Он развернул коня туда, где уже затянулся просвет, открытый волком – его лучший вариант на побег из колдовского дыма.

    И тут земля заплясала под ногами коня и с новой силой орали шестёрки – Да что б тебя! – выругался рыжеволосый, крепче вжимаясь в седло – Скачи, кляча! – и пришпорил коня под бока. С рёвом конь помчался вперёд. Где-то там Ворн запомнил просвет. Где-то там.
    Земля уходила из под копыт вороного, крошилась и сыпалась, взлетала выше голов. Стенания акробатки обратились настоящим истерическим помешательством. Катались по земле всадники и кони, тщетно надеясь подняться. Кого-то стошнило, а кто-то затем рухнул туда же рубахой.
    -А-а-а! – вопил Ворн. Выл конь под ним. Те секунды, что он рвался сквозь дым, казались ему вечностью. Плясала земля , кружилась голова. Но он, единственный из всех, не паддавался чарам дракона и зверолюда. Не выказывал слабости.
    Он прорвался наружу. Конь вырвал его из тумана и после абсолютной черноты Тени даже жемчуг подступающих сумерек показался ему солнцем в мире мрака. И прямо перед ним замерли Сальвадор и Кассиора
    -Я вас закопаю! – услышали они.

    Но временная слепота стоила Ворну времени. С проворством, какое доступно только драконьему роду, Кассиора ринулась в сторону, уходя от столкновения. И в то же время могучий Сальвадор выступил вперёд, не заботясь о побеге. В глазах зверолюда горела кровавая решимость и рыжий Ворн успел ужаснуться, оттягивая поводья в последний момент. Но он не успел. Клинок Уорсона со свистом пронзил пространство и едва прозревший Ворн снова ослеп, но теперь взор туманила красная пелена боли. Какое-то время он ещё цеплялся за стремена и конь нёс его дальше. Позади оставался зверолюд, драконесса и трижды проклятый туман. Но силы покидали его. Текли сквозь пальцы, что предательски разжались, отпуская поводья. И Семёрка кубарем полетел вниз.
    Он перевернулся несколько раз, прежде чем стремена отпустили его едва не испустившее дух тело. Жалобно заскрежетал его латный доспех. Плащ, скрывавший его, остался где-то далеко позади. Рыжеволосый воин Братства лежал лицом вниз в облаке пыли и грязи. Его натасканный конь не возвратился за ним, продолжая гнать дальше в поля. Был ли Ворн в сознании? Был ли он мёртв?
    Солнце садилось всё ниже и жаркая схватка подходила к концу. Пусть крики нападавших ещё звучали из чёрных облаков, и кто-то из врагов ещё не показался, победа принадлежала компании героев. Так им казалось…

    \\\

    Сквозь призму магического зрения, Мелвилл наблюдал, как рыжее пятно нескованного цепями бандита стремительно удаляется прочь, оседлав одного из коней пограничной стражи. Шестёрка решил не проверять своих шансов против колдовства неожиданно злобных защитников и теперь просто бежал с поля боя, унося с собой недобрые вести для своих нанимателей.


    When those eyes in the mirror stare back at me
    I’m reminded that the ghost of pride is clear to see.


    Сообщение отредактировал Mad_Hatter - Суббота, 25 Августа 18, 00.30
     
    АнкалагонДата: Суббота, 25 Августа 18, 21.54 | Сообщение # 58
    Услышь мой рёв!
    Группа: Летописцы
    Сообщений: 1608
    Награды: 4
    Репутация: 17
    Статус: Offline
    Ситуация оборачивалась круто. Алмаз на браслете, надёжно пронизав окружающее поле своими тонкими чувствительными нитями, стал с щедростью делиться с меченосцем улавливаемой его паутиной информацией. Мелвилл чувствовал, что телега уже не мчалась на запад, а вокруг неё дважды вспыхнули огни пробуждённой магии. Что ментальная тень Кассиоры затуманилась болью, а затем – ещё более острой вспышкой оставило свой знак ранение сопровождавшего её волка. А с востока пришло ощущение ещё двух смертей – два тёмных, холодных пятна затухающих золотых бусинок, ещё недавно отслеживающих жизненный огонь двух оставшихся всадников-стражей. Четвёрка простых пограничников не вернётся домой во имя чьей-то алчности и чьих-то преступных идей – лишь только потому, что оказалась рядом. Убийцы работали очень грязно, опустившись до уровня самых обыкновенных разбойников, которых истребляло даже само Серое Братство. Да, никаких сомнений в том, что это были именно прославленные Пики, не оставалось – никто бы больше не посмел охотиться на дракона по заказу, да и Братство само бы не позволило такому случиться без их участия.
    Время полумер прошло. Больше ни о каком милосердии для этого скота, с радостью убивавшего себе подобных за пригоршню монет, не могло быть и речи.

    Эмплада больше не стал размениваться на предупредительные удары для тупоголового верзилы. Когда мускулистый гигант рванулся вперёд, а на границе чернильного тумана стали возникать очертания двух головорезов, Мелвиллу пришлось переступить через своё нежелание обращаться к магии против этого сброда. Рана драгонессы, пусть даже слабая, говорила о способности наёмников пробить её чешую, и решительно отметала принцип «меч против меча, магия против магии». И потому и парочка блуждавших в тумане, и неугомонный циркач уже через мгновение заваливались на землю, скованные тяжёлыми, неразрывными их силами цепями. Что же, тем двоим просто повезло – лишь потому, что желание казнить ревнивого глупца так не посетило мечника, у двух головорезов был шанс дожить до судилища. Возможно, он будет и у их вожака – взять его живыми, допросить и узнать, кто за этим может стоять – это ещё стоило некоторой возни, которую сулили усилия по его пленению. А Мелвилл уже мчался обратно, к стене чернильного смога, где истекали последние мгновения для его верного гнедого.




    Клянусь хвостом, тяжко становится, – мельком подумал мечник, перепрыгивая на ходу занятого отчаянной и безнадёжной борьбой скованного разбойника, дёргавшегося с таким рвением, будто его оплели ядовитые змеи, и перспектива разбить себе голову о камни выглядела привлекательнее их укусов. Холодная пелена сомкнулась вокруг Мелвилла, будто водной завесой закладывая уши и отрезая звуки из внешнего мира – но ведомый своим браслетом, он не сбавил скорости и скоро очутился у замершего Мерлина, проехав последний метр на коленях. Что-то упёрлось ему в голень, но хранитель даже не стал туда смотреть, протянув руку к зияющей дыре в шее жеребца.
    Его конь выглядел очень скверно. Любой бы ветеринар или жрец-целитель, глянув на него, уверился бы в том, что здесь смогут что-то сделать лишь трупные черви, а дух бедной лошади давно ушёл от своей бренной оболочки. К счастью, понимание медицины и способности к целительству у хранителя простирались значительно шире. Пальцы почти погрузились в окровавленное месиво, в которое топор разворотил шею несчастного Мерлина; мизинец второй руки прикоснулся к кармашку с нарисованным рогатым кольцом [Рунир третьего круга: Чаша Мимира]. Серебряная вспышка, лишь слегка обрамлённая золотистыми лучами, кольцевой фалангой гномов разорвала густые щупальца теней, сожгла кровавые разводы и превратилась в расплавленную плоть, заливая рану. А затем, обернувшись золотистой плёнкой, рассыпалась прахом, открыв под собой чистую и нетронутую шею гнедого.

    Покой не продлился и секунды. С жутким криком, похожим на ржание, на хрип, и на злой выкрик чудовищного зверя, Мерлин дёрнулся, подняв голову и пытаясь встать, но Мелвилл силой удержал его на земле, подхватывая уздечку у самых губ и торопливо дуя ему у ноздри.
    Тихо, тихо, дружок. Это ведь не впервой для тебя, но такая у нас служба. Так что, мы ещё с тобой немного повоюем, – никто другой даже не стал бы и пытаться успокоить гнедого после предсмертного шока поглаживаниями и другими столь простыми методами. И даже сам хранитель, не используя магический чар, вряд ли смог добиться успеха с любой другой лошадью. Но с Мерлином за многие странствия у него появилась некая особая доверительная связь: для любого другого коня вряд ли кто-то стал бы тратить заряд такого могущественного колдовства, которым обладала использованная руна.
    Жеребец успокаивался, начинал дышать более равномерно и спокойно, позволяя расслабиться и своему спасителю. Расслабиться лишь на самую крошечную малость: время стремительно уходило, события разворачивались быстрее желаемого, не позволяя медлить. Мелвилл вскочил на ноги, позволяя встать и коню – с некоторым слабым удивлением обнаружив, что ему в ногу упиралась его потерянная винтовка. Ружьё оказалось в его левой руке, следом – он уже сидел в седле, и направлял Мерлина шагом прочь из холодного царства мрака наружу. Нетерпение требовало пуститься в галоп, но браслет служил лишь своему владельцу и не мог подарить жеребцу уверенную поступь, чтобы лишить его риска сломать ногу в гонках в потёмках.

    Рваные чёрные нити расступились, обливая показавшегося воителя и его гнедого бронзовым светом. В его руках были зажаты меч и винтовка – левая рука сразу выпрямилась, указав своим дулом в спину улепётывающего убийцы. Ни колдовской мрак, ни увеличивающаяся дистанция больше не служили ему защитой – нити всевидящего алмаза выдавали его положение всаднику до того, как тот повернул голову в сторону беглеца. Он торопился, ведь уже потерял слишком много времени, торопился настолько, что больше не доверял воле случая и счёл необходимым самому поторопить события.
    Исса: Штурмовое золотое копьё, – произнёс он, нажимая на курок ровно в то мгновение, когда остов удлинённого револьверного ружья окутала золотистая дымка [Исса: Золотое Копьё+Решительный Штурм]. Оружие выплюнуло стальную пулю, окутавшись бледным золотом разреженного тумана вместо пороха, почти не дрогнув – и её металлическое жало, мчась не медленнее издаваемого им же жужжания злобной осы, уже через секунду с хлюпающим хрустом насквозь пробило сердце малодушного убийцы.
    А всадник уже мчался дальше. Вперёд, куда его звал пульсирующий огонёк загнанной драгонессы, переливаясь бешенной палитрой вихря борющихся эмоций. Где должен был находиться вражеский предводитель. И куда сместилось сердце схватки.
    Пелена тьмы, разливающаяся впереди, старательно глушила все рождавшиеся в её чреве звуки – но не могла заставить замолчать саму землю, и гнедой скоро ощутил её мелкую дрожь, сразу став отклоняться в сторону – чтобы объехать страшную, опасную тень, которая в прошлый раз настигла его непереносимой болью. Мелвилл не препятствовал – Кассиора тоже стремилась выбраться вон, уже находясь на границе тёмного царства. Вбрасывая винтовку в кобуру, он пригнулся ближе к шее, позволяя гнедому ускориться и намереваясь через минуту уже увидеть драгонессу собственными глазами, а не чародейским инструментом.
    Но судьба отчаянно не хотела их встречи. Поверхность чёрной стены заволновалась, забурлила, выплёвывая вперёд сумрачный снаряд: мелькнули взмахнувшие крылья, разрывающие чёрную вуаль, и перед мечником появилась фигура набиравшего высоту чужого дракона. Того самого, чьи мотивы оставались загадкой, а действия принесли столько хлопот – если даже не смертей.
    Извини, дружок. Нет у меня времени разбираться в твоих помыслах. Расцвети неистово, Симисона, – клинок повелительницы растений выскочил из боковых ножен, окутываясь прядью тонких вьющихся побегов. И полетел, брошенный сильной рукой – прямо в набиравшего высоту дракона.

    Короткий меч, неторопливо вращаясь в своём стремительном полёте, прошёл слишком низко – не достав до бежевого дракона, он прошёл под его грудью, даже не коснувшись лап. Но едва ли Алистер успел почувствовать торжество на этот счёт. Едва лезвие минуло его ладони, как гарда почти что взорвалась, родив на свет десятки толстых шипастых лиан, разраставшихся с совершенно ненормальной скоростью. В живот дракона ударил тугой растительный кулак, вцепляясь в его бёдра и связывая задние лапы. Растительная петля, хлестнув воздух, в следующий миг опутала запястья, и ещё несколько секунд бежевый мог лишь парить, стараясь сохранить равновесие в воздухе. Но едва высота стала на уровне метра от земли, злые побеги опутали крылья, притянув их к туловищу и роняя борющегося крылатого о землю. Свалив его, триумфующие лианы окончательно обвили чешуйчатое тело, сжимая и коля его острыми шипами, закинув одну лозу и обмотав ею даже морду Алистера.
    Связанный настолько, чтобы быть в силах лишь смаргивать попавшую в глаза землю, дракон мог лишь смотреть вслед всаднику, стремительно приближающегося к его рухнувшему вожаку.


    Нам не не доступна страсть молитвы.
    Нами забыта ярость битвы и отваги свет.
    Только осталось бремя надежды.
    или ее тоже нет?

     
    zlobnii4elДата: Воскресенье, 26 Августа 18, 19.02 | Сообщение # 59
    Колдун
    Группа: Следопыты
    Сообщений: 59
    Награды: 0
    Репутация: 0
    Статус: Offline
    Алистер не услышал никакого ответа на свое воззвание, однако через секунду обнаружил, что ни Кассиоры, ни Сальвадора в тумане не оказалось. Они выбрались! – радостно произнес про себя молодой дракон, ощутив тотчас, как земля стала уходить из-под лап. Не желая проверять себя на устойчивость, он взлетел над туманом, избегая гнева земли. Увидев, как Ворн пронесся из тумана вдаль, он решил лететь туда, поскольку там же должна была быть и Кассиора. Но не успел он сменить направление полета, как уловил глазом стремительное движение клинка в свою сторону. Стрелок, которого он не так давно окутал теневым дымом, выбрался оттуда, решив сравнять с драконом счеты. Лезвие прошло мимо, и тот успел было возрадоваться, однако лианы, извергающиеся из оружия, титанической хваткой сковали его по лапам, а затем расползались по всему телу. В испуге он спешно снизился, понимая, что вот-вот они полностью окутают его, и он упадет с большой высоты с тяжелыми последствиями. Он пытался сопротивляться, но острые шипы вонзались в его плоть, причиняя ужасную боль. Оказавшись уже в паре метров над землей, он камнем упал вниз, парализованный этим колдовством. Алистер уже не пытался сопротивляться, ведь каждое движение давалось ему серией глубоких, болезненных уколов. Ударившись плечом о твердую землю и кубарем прокатившись дальше по земле, оставляя за собой облако грязи, он ощутил сильную, колющую боль в ребре, вынудившую его сдавленно взвыть сквозь сжатые связкой лиан челюсти. Но куда больше делал ему больно тот факт, что он лежит беззащитен, беспомощен, и бессилен, чтобы помочь Кассиоре. Он беспорядочно водил глазами в округе в поисках неведомо чего. В его взгляде читался страх.



    - Да так, немного… Ай! Поранила крыло. - ответила Кассиора Сальвадору, и кивнула в ответ на его следующую просьбу, если бы он мог это увидеть, и легонько схватилась зубами за его рукав.
    Алистер привел сюда этих бандитов, чтобы убить меня… просто немыслимо! Его отец говорил о нем, как о трудном ребенке, но мне казалось, что я знаю его лучше. Но это… Что с ним вообще происходит?! – с обидой подумала про себя драконесса, пока выбегала вместе со старым волком из тумана – Но сейчас он спасает меня… Некоторые вещи в этой жизни я понять просто не в состоянии. Ладно, будем считать, что исправился. Но как выберемся – всыплю ему по первое число!
    . . .
    Уклонившись от атаки Ворна и переведя дух, Кассиора увидела скачущего Мелвилла. А за ним – падающего вниз Алистера, закованного в шипастые травяные цепи. Она была тотчас испугана тем, что он вот-вот врежется в землю, и ринулась в его сторону. Его поступок и долг дружбы не могли позволить драконессе остаться в стороне.

    ГМ:
    Но когда Кассиора порвалась приблизиться к связанному Алистеру, она ощутила слабый укол в области шеи. Она не успела помыслить, что это было. Что-то пробило чешую? Что... то... Лапы пронесли её ещё несколько метров и каждый шаг давался Кассиоре всё сложнее. Её мышцы наливались свинцом, веки тяжелели. В какой то момент она просто замерла, в позе, подобно взявшей след гончей. А затем неуклюже повалилась набок, размеренно и тихо сопя. Позади неё в одеянии сумерек проворачивал механизм протеза старый Уорсон - Отдохни, детка. - услышала Кассиора на границе сознания, прежде чем искра её сознания окончательно угасла в забытьи.
    Кассиора впадает в сон на два полных хода, по прошествии которых может очнуться, но испытает на себе полный список предусмотренных навыком побочных эффектов, для определения влияния которых потребуется бросок на физическую сопротивляемость.

    Алистера охватил ужас, стоило ему увидеть, как что-то вонзается в шею Кассиоры и она валится на землю без сил. Он стал громко мычать, словно бы отчаянно пытаясь что-то крикнуть, но связанная пасть не давала ему этого сделать.
    Стоило драконессе упасть на землю, как между ней и Сальвадором неведомым образом стало материализовываться яркое, золотисто-белое пятно. Оно вспыхнуло, и на его месте тут же, откуда-то, материализовалось поистине мистическое существо. Это был воин в тяжелых, но изящных золотых латах, с большим каплевидным щитом и мечом, с огромными белоснежными пернатыми крыльями за спиной и суровым сияющим взором. Архангел. Он удивил своим появлением здесь абсолютно каждого, ведь никто из присутствующих не ждал такого события – ни семерка Ворн, ни ветеран Сальвадор, ни даже опытный маг Мелвилл. Вторженец одарил Сальвадора испепеляющим взглядом, и стал молвить, так громко, что его голос был слышен каждому, кто стоял хотя-бы в километре отсюда, и казался настоящим громом среди ясного неба. ОПУСТИТЕ ОРУЖИЕ, СМЕРТНЫЕ, ЕСЛИ НЕ ХОТИТЕ ИСПЫТАТЬ НА СЕБЕ ГНЕВ НЕБЕС! – оглушительным, гневным голосом прозвучало в головах всех здесь присутствующих. Архангел возвел щит и меч в защитную стойку, словно бы закрывая Кассиору от Сальвадора. И вместе с тем, он активировал свое магическое зрение, видя то, что происходит не только перед ним, но и за спиной [Магическое зрение]. Казалось, что он пристально сверлит взглядом волка, однако на самом деле он контролирует все, что происходит вокруг него. Следом, одной рукой, которой он держал меч, он повел в сторону Кассиоры. Его ладонь налилась золотистой, священной энергией, после чего вокруг нее образовалось светящееся, сферическое гало, которое было на самом деле прочнейшей магической конструкцией, призванной защитить ее [Эгида]. Воитель приготовился отражать любую атаку, которая будет замечена его сверхъестественным чутьем.



     
    МистДата: Понедельник, 27 Августа 18, 20.40 | Сообщение # 60
    Маг
    Группа: Чтецы
    Сообщений: 131
    Награды: 4
    Репутация: 3
    Статус: Offline
    -О, Боги, за что мне это...?
    Волк встретился взглядом с неожиданным гостем, грозящим карами небесными всем кто не отпустит оружие. Стоило только попытаться уберечь драконессу от следующей потенциальной опасности и вот появляется новая. А ещё и пытающаяся с ней что-то сделать. Зверолюд слышал о подобных существах, как о противоположности демонам, да только с последними он был по крайней мере знаком и представлял их мотивацию, то здесь... Здесь Сальвадор сполна проявлял свою необразованность.
    -Оружие может я и отпущу, да только если ты не уберёшь свои "не-бесные" чары от неё, я тебя и голыми руками порву, разряженное чучело.
    Слишком много сил ушло за последние минуты из жил Сальвадора. Кровь продолжала тонкой струйкой струиться по спине, а сам он пытался найти брешь в видимой им стойке. Ничего подобного он раньше не видел, но решимости это не поубавило. Впрочем и как действовать он не представлял, сейчас как никогда ему нужна была помощь его единственного напарника.


    [Шеф:]
    Поаккуратнее с тоном, Сальвадор. Это пока просто щитовые чары, но одной Лейн понятно, что варится в этом котелке. Но чтоб меня проклял Маракаву, если он заодно с налётчиками, – подъехавший со спины всадник коснулся своим странным, разложенным на две соединённые между собой хитроумным механизмом половинки, клинком. Прикосновение отозвалось тёплой щекотящей волной, взлохматившей шесть старого волка и смывая следы крови вместе с ссадинами и порезами [Пробуждённый Беллатор+среднее исцеление]. – И похоже, что он нам не по зубам. Зато оставшиеся парни - очень по зубам. Присмотри за Тенью, оставшаяся четвёрка ублюдков может попытаться улизнуть.
    Храмовник спешился, взяв гнедого под уздцы. Несколько секунд он молча, с мрачным выражением изучал застившую металлическую фигуру, прежде чем заговорил:
    Что тебе здесь нужно? Кто ты такой?


    Сообщение отредактировал Мист - Понедельник, 27 Августа 18, 20.41
     
    Форум » Игровой раздел литературной форумной ролевой » Мир Санкторамас (NC +21). » Даттерос (Промышленный город на юго-востоке Империи)
    • Страница 3 из 4
    • «
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • »
    Поиск:

    Явившиеся сегодня

    Copyright © Tenzi-Sharptail/Ankalagon 2014 Все права защищены. Designed by Asterion 2018